Войти

Партнеры:

Взлеты и падения Анзора Кавазашвили

31.12.2000

Анзор Кавазашвили. Человек, чье футбольное призвание было взлетать, паря над головами своих и соперников, и падать, намертво прижимая к себе мяч, только что летевший в ворота. Сама жизнь прославленного голкипера также состояла из взлетов и падений, причем каждое «падение» Анзора становилось началом его нового взлета.

В 12-13 лет Анзор создал первую дворовую футбольную команду Батуми - «Улица Кирова», это были времена, когда при ЦК ВЛКСМ возникло движение «Кожаный мяч».

- Я немного задержался, пока пытался проскользнуть незамеченным мимо мамы и удрать на городские соревнования. И когда прибежал, всех уже расставили, только вратаря не могли найти. А до этого я в воротах никогда не стоял, был всегда нападающим. Короче, согласился встать в ворота. А как раз тренер «Юного Динамовца» Борис Фролов, в прошлом лучший защитник «Динамо» Тбилиси, набирал пацанов в юношескую команду. И меня он взял.

Старт был дан. Юношеская сборная Аджарии, затем игра за команду автотранспортной конторы - чемпионы Аджарии. И, наконец, в 16 лет меня призвали в юношескую сборную Грузии, играл в чемпионате СССР. Затем в составе юношеской сборной СССР на соревнованиях в Италии был признан лучшим вратарем Европы среди юношей. Это уже был 1957 г., и в команде у нас играли такие знаменитости, как Мудрик, Воронин, Маношин".

Вскоре пригласили в тбилисское «Динамо», где отыграл 3 года. И дальше бы играл, но...

- В 1959 г. меня радикулит скрутил. И меня не взяли на соревнования в Бельгию. Как такое можно было перенести? Мальчик с апломбом (смеется) - золотая медаль лучшего вратаря Европы, 18 лет - а уже в основном составе. Это с ума сойти! Обиделся. Позвонил Георгию Жаркову, в то время тренеру сборной СССР и ленинградского «Зенита». Он мне: «Срочно прилетай». Прихожу в билетную кассу в Тбилиси, называю фамилию. Кассир просит подождать, возвращается: «Не велено, сынок». Как, почему? Стою в расстроенных чувствах. И тут, на мое счастье, зять мой идет, я и не знал, что он - в Тбилиси. Купили мы билет на его имя. И я, надвинув кепку до ушей, прошел в самолет.

Прилетел в Москву, а оттуда - в Ленинград. А тбилиссцы еще долго пытались меня вернуть...

Так проходит месяц, год - играю в «Зените». И тут... приглянулся я московскому «Торпедо». В то время это была звездная команда. Подослали ко мне Метревели. Накрыли стол у него дома: он, его жена Таня и тренер «Торпедо» Маслов. Угощают меня - налили мне водки, а я в то время вообще не пил. Маслов умел к себе расположить людей...

Так я задержался в «Торпедо». Но были и осечки. Первая - когда я был с командой на сборах и порвал связку бедра. И так мучился весь 61 и 62-й годы.

Но не быть ему Кавазашвили, если бы за этим не последовал новый зигзаг удачи. Так случилось, что весь основной состав «Торпедо» приказом министра обороны призвали в армию для комплектования ЦСКА.

- Не избежал этой участи и наш красавец вратарь Толя Глухотко. И я занял его место.

А в 1964 г. Анзор Кавазашвили был признан одним из лучших вратарей Советского Союза. И так пошел и пошел...

- Батоно Анзор, а вы помните, как вам Пеле гол забил?

- Кто ж этого не помнит. Я прыгнул и летел 3 метра по воздуху ему в ноги, накрыл мячик... А мячик очутился в воротах. Он замахнулся левой, а я лег под удар. И пока я летел до него, он успел поменять ногу и правой перебросил через меня мячик, и он влетел в ворота!

Помню и то, как в 70-м в Мексике на чемпионате мира все шло к тому, чтобы признать меня лучшим вратарем мира. Уже все брали у меня интервью. И вдруг... Четвертьфинал с Уругваем, 118-я минута матча... Жуткая жара. Кубила просто замотал нашего защитника Афонина. И вот за три минуты до конца матча Афонин замахнулся, а мяч ушел за линию ворот. Капустин и Шестернев поднимают руку, и я тоже. Счет 0:0. А может, мы еще успеем забить? Я быстренько на два шага из ворот вышел, пошел за мячом. Вдруг Кубила затаскивает мяч опять в поле и подает его верхом. Я поворачиваюсь к судье, кричу: «Что он делает?!» Судья: «Играй!» И вот - секундное замешательство... Бегу к воротам, лечу за мячом и - уже не достаю. Мы рванули к судье, чтобы его за шкирку схватить. А он, когда увидел, что мы галопом летим за ним, так рванул от нас! Мы уже очухались, когда полполя пробежали. Я вернулся в ворота, продолжаем играть. И был момент, когда мы могли забить гол, но не забили. Итог 0:1. И тут же наше руководство спорта и государства, спасибо им большое (иронично улыбается), всю команду посадили в самолет и отослали в Нью-Йорк. Наказали, значит. Помню, кое-кто просто плакал: «Сволочи! Почему же они нас выгнали?»

Но вернемся в 1966 г., ставший звездным для Анзора Кавазашвили, нашей сборной и, как окажется позже, для всего отечественного футбола. 4-е место на чемпионате мира в Англии. Результат, который остается для нашего футбола непревзойденным до сих пор.

- На чемпионате мира в Англии вы играли 100-й матч сборной СССР. Морозов вначале чередовал вас с Яшиным. А под конец вдруг - Яшин, Яшин и еще раз он. Чем это было вызвано?

- Ну вы понимаете, если в команде есть мировая звезда, такая как Яшин, то предпочтение отдается ей. Но Морозов был мужик очень рисковый. К тому же он хорошо знал меня по игре в «Торпедо» и доверял. Он созвал тренерский совет, и рискнули на первую игру поставить меня. Мы ее выиграли у сборной Кореи, 3:0. И вторую игру с моим участием мы выиграли у ФРГ, 1:0. Третью игру я играл тоже. А с четвертой мы выходим в четвертьфинал. Мне велено было готовиться. Однако поставили не меня, а Леву. Сыграл он очень хорошо, мы победили Венгрию 2:1 и вышли в четвертьфинал.

Ну а коли накатом пошли выигрыши, уже нельзя вратаря менять, это ясно. И в то же время, когда идут подряд психологически трудные игры, вратаря надо щадить. Но все мы крепки задним умом. Следующая игра была опять с ФРГ, и мы ее продули. Морозов расстроен. И он везде, где только можно, стал заявлять, что виноват Яшин. Мол, пропустил два легких мяча. Тут же - волна ответной критики в адрес Морозова, что он сам чего-то не предусмотрел, а обвиняет нашего знаменитого вратаря...

Морозов вызывает меня: «Все, будь готов. Завтра - в Лондон». Ну я и готовился, как дурак, скакал, скакал. Хотя в эти 3 дня подготовки нас просто распустили - делайте, что хотите. Все ребята - на прогулку, а я - тренироваться. Пришли с одним парнем в Гайд Парк, с мячиком, я в бутсах. Нас увидели служители парка: «Вы что делаете? Ну-ка отсюда!» Ну ладно, продолжаю я готовиться - против Эйсебио, против Торреса в 2 метра ростом. Моя задача - не дать ему головой играть... Перед игрой со сборной Португалии Морозов называет состав команды: «Яшин...»

А дальше вышло так. Сначала Хурцелава поймал рукой верховой мяч, за что Торрес нам с пенальти забил. И тут же нам забили второй. Так мы проиграли. Это при том, что я не могу сказать, что игра для нас шла уж так плохо...

- Но бронзовая медаль у вас есть!

- Но мы могли бы иметь серебро! Три дня перечеркнули 4 года подготовки к чемпионату мира.

- Что вам было интереснее: тогда играть или сейчас смотреть футбол?

- Я вообще не смотрю футбол. После развала Советского Союза футбол стал не тот. Раньше на чемпионат СССР приезжали команды-звезды. Наши футболисты ни в чем не уступали мировым. Нас наперебой приглашали в зарубежные клубы. Никогда не забуду Австралию, 1964 г. Сыграли две игры, и в газетах появился мой большой снимок: «Русский вратарь Анзор куплен Австралией за миллион фунтов». И кагэбэшник капитан Орлов за мной все время бегал. Куда я - туда и он. Я ему: «Товарищ капитан, я не останусь. У меня мама, папа дома». «Представители Министерства культуры» - так назывались кагэбэшники, которые нас сопровождали.

Так, как было у нас - не будет такого, не будет... Вы сейчас, придя на футбол, не будете дрожать за команду, не будете переживать, как сумасшедшие. А раньше переживали. Раньше на футболиста было любо смотреть. И то, что ты видел на поле, ты мысленно повторял, сидя на трибуне...

Глядя на Анзора Кавазашвили, которому в 2000 году исполнилось 60, лишний раз убеждаешься в давнем открытии. Мужчина жив, пока неугомонный мальчишка, живущий в нем, теребит его и кричит на ухо: «Дальше, дальше, дальше!»

А звезды? Ничего вечного нет. И они когда-то должны погаснуть. Но так хочется отдалить момент расставания.

Евсеев А., Эрнст А.