Войти

Партнеры:

Сегодня Будакову Ивану Петровичу исполнилось бы 70 лет

Сегодня Никол Стивен (Стив) отмечает 55-летие

Сегодня Канищев Анатолий Анатольевич отмечает 45-летие

Сегодня Швед Василий Васильевич отмечает 45-летие

Сегодня Симонс Тимми отмечает 40-летие

Сегодня Драгуша Албан отмечает 35-летие

Сегодня Слюсарски Бартош отмечает 35-летие

Сегодня Савиола Фернандес Хавьер Педро отмечает 35-летие

Сегодня Зидан Мохамед Абдуллах отмечает 35-летие

Сегодня Штоппелькамп Мориц отмечает 30-летие

Сегодня Коре Александр отмечает 25-летие

Сегодня Ждерич Филип отмечает 25-летие

Герман Зонин: «Воронеж - любовь моя, боль моя…»

«Игрок», 19.01.2011

Имя этого человека в Воронеже уже полвека является чуть ли не святым. Он первым проложил дорогу воронежскому футболу в отечественную элиту - класс «А». Что еще могло быть значимее и почетнее? И лично для меня Герман Зонин в истории воронежских команд мастеров - тренер № 1.

Герман Семенович живет в Санкт-Петербурге недалеко от памятника на месте дуэли Пушкина с Дантесом. Всегда рад гостям и никогда не отказывает в общении журналистам. Вот и я уже после второго звонка получил приглашение зайти в гости, чем не преминул воспользоваться.

РЕШАТЬ ПО-ХРУЩЕВСКИ

- Как поживаете, Герман Семенович?

- Живу не тужу. Вниманием не обделен. Не пропускаю ни одного матча «Зенита», лекции еще читаю. Журналистов вот принимаю (улыбается).

- Я смотрю, вы с прессой любите общаться?

- Не могу понять, как в нынешние времена тренер может не пойти на пресс-конференцию, не поговорить с журналистами или не ответить на вопросы болельщиков. Будь это хоть сам Олег Романцев! Помню, в Воронеже на мои тренировки стали ходить болельщики, как на футбольные матчи. Все больше и больше. А директор стадиона не выдержал и закрыл входные ворота. Я, узнав про это, немедленно попросил впредь этого не делать. Ведь футболисты играют для болельщиков, чьи интересы всегда должны стоять во главе угла. А журналисты в этом плане те люди, которые доносят до людей то, что они смогли увидеть, берут интервью у тех, с кем болельщики не могут поговорить. Тогда в Воронеже после каждой тренировки ставили на бровке стол с микрофоном, и я отвечал на все вопросы любителей футбола. И своих игроков приучил это делать. Потому что это святая обязанность каждого человека, работающего в футболе, -общаться с народом или прессой, которая все донесет до людей.

- Сейчас к руководству российским футболом пришли питерские. Что насчет Фурсенко скажете, реформы его правильные?

- Сергея Александровича знаю со времен его президентства в ФК «Зенит». Человек он положительный. Руководить футбольным хозяйством научен.

- Так на систему «осень-весна» нужно переходить?

- Давно пора. При Колоскове еще нужно было это сделать. Я Сергею Александровичу после заседания исполкома, на котором была принята система «осень-весна», сказал, что это решение нужно было кому-то принимать. И правильно, что вы это сделали. Иначе все так бы и осталось. Теперь кто хочет играть - пусть «чешется», извините за выражение. Кто не хочет искусственные поля и крытые стадионы строить -у тех футбола и не будет. Так всегда делалось. Вот как в Воронеже появилась атомная станция? Хрущев принял решение и дал указание строить. А так бы до сих пор ее не было, и Воронежская область, да и Липецкая с Белгородской без света сидели бы.

«СПАРТАК» В ВОРОНЕЖЕ

- Герман Семенович, почему-то практически нигде не упоминается о том, что ваше знакомство с Воронежем началось еще в 1948 году?

- Было такое, и не думал от этого никогда открещиваться. А началось все в Рязани. Я в сезоне-1948 играл за казанский «Спартак», который летом выступал на финальном турнире Кубка ЦС ДСО «Спартак» в Рязанской области. И вот туда приехал Григорий Архангельский - отец Женьки Архангельского, известного ленинградского футболиста 40-50-х годов. Он хорошо знал моего дядю - брата матери, с которым еще в 20-е играл в Ленинграде. Григорий Иванович в то время тренировал воронежский «Спартак», который шел на последнем месте в одном из зональных турниров второй группы первенства СССР (второй по значимости футбольной лиги Союза - прим. А.Г.). И он меня уговорил перебраться в Черноземье.

- И каким увидели Воронеж?

- Разрушенные дома после войны были на каждом шагу. Меня и еще одного полузащитника поселили в гостинице «Воронеж», которая была в угловом здании напротив обкома ВКП(б).

Приезжие футболисты жили в номерах, а в подвале ютились воронежцы, чьи дома еще не восстановили. Поэтому, зная, как живем мы и как - местные жители, было как-то неудобно плохо играть. Народу на «Динамо» собиралось - полный стадион. В центре города спортивная арена была разрушена и обнесена забором с колючей проволокой.

- Чем запомнился воронежский «Спартак»?

- Вторую половину первенства начали хорошо. Я стал выходить на поле в основе и чуть ли не каждую игру забивать. У меня был «9-й» номер, который тогда давался центральному нападающему. Среди партнеров ребята, засветившиеся потом в классе «А» (тогдашняя премьер-лига - А.Г.), - Толька Порхунов, Колька Денисов. Помню, как обыграли коломенский «Дзержинец» во главе с Николаем Гуляевым. Второй гол, победный, я забил в прыжке через себя. После чего Гуляев потребовал мои документы на проверку, не подставной ли я? Но в удостоверении ГТО прописка была воронежская. Убедившись в этом, Николай Алексеевич сменил гнев на милость, стал к себе приглашать. Но я его слова пропустил мимо ушей. А потом из московского «Динамо» за мной эмиссар приезжал. Заявление в его команду я написал, но поехал в «Динамо» казанское.

- Сезон до конца доиграли?

- Конечно. Хотя и тренер сменился. Архангельского уволили, и вместо него стал команду тренировать Борис Герасимов - был такой воронежский специалист. Кстати, тогда побывало в Воронеже и мое родное казанское «Динамо», которое боролось за первое место. А мы с лидером 0:0 сыграли, очко отобрали. Администратор казанцев Кудряков поехал в Москву добиваться переигровки, заподозрив, что Зонин или еще кто из команды не имеет права играть. Но результат оставили в силе.

О ЖИРИНОВСКОМ, БЕЛОВЕ И 1961 ГОДЕ

- А с чем было связано возвращение в Воронеж спустя 12 лет?

- Началось все с пульки в Грозном в 1959 году, когда я тренировал «Трудовые резервы». Мы тогда «Труд» обыграли, хотя воронежцам явно симпатизировала федерация футбола РСФСР. Старшим тренером у них был Костылев - человек замкнутый, но специалист хороший и со связями в Москве. Так вот, после той игры ко мне и подошел председатель профкома воронежского авиационного завода, взял у меня адрес. Я после расформирования «Трудовых резервов» должен был принимать ленинградское «Динамо». А футбольные власти РСФСР порекомендовали ехать в Воронеж. В Ленинграде были шокированы моим решением, но, как сообщил мне Лукин - председатель российского спорткомитета, «Труду» нужно было выходить в класс «А». Ведь с командой, у которой есть цель, работать интереснее.

- С чего начали на новом месте?

- С большой работы, хотя команда была хорошая и создавать новый коллектив не требовалось. Ребят надо было выводить на уровень футболистов класса «А». И пошла акробатика, гимнастика, плавание, коньки и хоккей. А также футбол в кедах в коробке на льду, чтобы икроножные мышцы укреплялись. Часто занимались в подтрибунном помещении старого послевоенного стадиона. Ребята впервые работали по индивидуальным планам по несколько часов в день. Я писал каждому задание - кому над чем нужно работать. Было четыре группы, в каждой - шесть человек. С каждой работал по полтора часа. С поля весь день не уходил.

- После 1961 года, когда вам пришлось покинуть команду, на Воронеж не обиделись? Говорили, что козни «Труду» строили до конца сезона.

- Ни в коем случае! Первый секретарь обкома КПСС, с которым у меня произошел конфликт, - это еще не все воронежские болельщики! Чтобы я против Воронежа болел - да никогда! За такие слухи, будь я помоложе, в рожу дал бы. Я же в Воронежскую область приехал жить навсегда! И пусть не получилось, но частичка моего сердца осталась там. В Воронеже живут прекрасные люди, болельщики - одни из лучших в России. Воронеж - это любовь и боль моя...

- А что помешало Виктору Белову, пришедшему после вас, спасти «Труд» от вылета в класс «Б»?

- Белова приглашал я, но он оказался не тем парнем, на кого можно было рассчитывать. Пошел на поводу у тех, кому мое пребывание в команде не нравилось. Но не будем об этом. Он потом извинялся, и зла я на него не держу. Стал старшим тренером, а знаний еще было маловато. Вот и итог. Потом и в Липецке в 70-х годах то же самое получилось, насколько я знаю. Стал заигрывать с командой, которая его потом и сплавила, а «Металлург» в первой лиге так и не удержался.

ВСПОМНИТЬ БЫ ВСЕХ...

- Какой запомнилась столица Черноземья полвека назад?

- О разрухе уже сказал. Питаться мы ходили в столовую университета. Квартиру мне дали на улице 25-го Октября, в новом доме напротив здания со шпилем (бывший магазин военторга - прим. А.Г.). После меня туда заселился сын липецкого первого секретаря обкома КПСС Жуков. Я ведь даже мебель из нее так и не вывез.

- Друзья в Воронеже остались?

- С 1948 года дружили мы с Алексеем Медведевым, которого я к себе помощником взял, когда пришел тренером в Воронеж. Рудик Ходеев. Володька Проскурин - прекрасный человек - ко мне в гости часто приезжает. Когда я из «Труда» уходил, он мне вещи помогал грузить в машину. Пока был жив Борис Бобров, с ним встречались. У сына Александра Озерова Владимира был оппонентом на защите кандидатской диссертации в Москве.

- И когда последний раз были в воронежских краях?

- На исходе своей инспекторской карьеры в начале 90-х. Поселили в новой гостинице за театром оперы и балета («Брно» - прим. А.Г.), когда туда Жириновский приезжал. Мне дежурная жаловалась, что Владимир Вольфович орал как сумасшедший, что его не покормили. «А где деньги на него брать?» - возмущалась женщина. На игре «Факела» тогда объявили, что инспектор матча - Герман Зонин, известный воронежским болельщикам тренер. Потом у Ходеева дома посидели, почти все мои друзья и знакомые собрались. Помню, что тогда главным тренером «Факела» был Сергей Савченков. Так вот, начальник команды Александр Дондер предлагал стать консультантом клуба. Но я ответил: чтобы нормально работать и консультировать, нужно быть постоянно рядом с коллективом, жить в этом городе. А я уже стар для этого.

- Расскажите о людях, с кем в Воронеже пришлось работать в 1948 и 1960-61 годах.

- 1948 год. Бобров - потом в институте работал - хороший игрок, с отличным ударом. Если уж забивал голы, то в девятину. Денисов - после был у нас вратарем в «Зените». Умер. Его сын с водителем ко мне из Москвы приезжал, когда мы на старой квартире жили. «Поддавал», как и отец, который пил, но алкоголиком не был. Тогда все пили. Красиков - администратор воронежского «Спартака». На проспекте Революции жил, на втором этаже. «Керосинщик» был страшный. «Кр-р-р-асиков!» - так он говорил, когда здоровался и протягивал руку. У него отец был профессор. Поиграл в «Спартаке», а потом стал администратором. Манкевич - потом в Москве на площади Маяковского жил. Я у него, помню, дома на стульях ночевал. Друг Алексей Медведев первое время жил с семьей в подвале. 1960-61 годы. Амелехин - маленького роста парнишка. Его взяли в команду, но потом отчислили. Запомнился пышной шевелюрой. Он еще большой гребень с собой носил и все причесывался. Андронников - прекрасный футболист. Быстрый, трудолюбивый. «Сима, давай!» - кричали ему. Когда мы в пульке сошлись с «Тереком», грозненцы умело использовали искусственное положение «вне игры». Так я и говорю Смотрикину: «Давай, Витька, делаешь рывок вперед, а потом резко назад». Защитники за ним все выходили, а тут из глубины Серафим вырывался и забивал. Бондаренко - мой ровесник. Раз думаю: что происходит - приглашу вратаря, а он берет и уходит? Оказалось, Федя наговаривал: Зо-нин, мол, такой-сякой, замучает. Пришлось его отчислять, но он упросил из команды не выгонять и остался сапожником. Иван Горностаев - хороший был защитник. Перед заключительной игрой на финальном турнире в Шахтах, которая уже ничего не решала, подходит он ко мне и говорит: «Герман Семенович, меня больше в состав не ставьте. Бутылка у меня с собой, напьюсь!» И ведь действительно, так и произошло. Но ему было простительно, он свое дело в сезоне сделал. А тогда от последней игры с омским «Иртышом», между прочим, зависела судьба Борьки Яковлева, который потом в «Факеле» тренером был, и его калининского «Спартака». Егоров - вратарь из Рязани, я его брал вместе с Мещеряковым. Зотов с Лисаченко поехали за ними в Серпухов, дома не застали. Потом другого человека послал - результат тот же. Пришлось отправляться самому. Ночевал у Егорова в деревянном домике на полу, жили они бедно. Вторую ночь у Мещерякова спал -то же самое. На меня в рязанском «Труде» злились. Но я им говорю: «Это российский спорткомитет подписал разрешение на переход из команд РСФСР восьми игроков в воронежский «Труд». Вот я за ними езжу». Квасов - хороший нападающий, с ударом, особенно с правой ноги здорово бил. Коротков - отличный игрок, но себе на уме. В команде его уважали, но, по моему мнению, особой популярностью он не пользовался. Когда ему ногу сломали, все заохали, заахали: «Что мы без него будем делать на пульке?» А я сказал: «Да, Коротков лучший в команде, но мы сыграем и без него. Потому что у нас есть команда!» И выиграли финальный турнир. Когда Юра стал тренером «Труда», написал мне письмо в Бирму. Извинялся за свое поведение, писал, что был в корне неправ и, только став тренером, понял, что это такое - руководить командой. Красов - полузащитник, опыт у него был о-го-го! Мы наиграли комбинацию: Радин подавал угловые на Красова, а тот отправлял мячи в ворота. Литвинов - вратарь. Хороший парень. Взял я его из молодежной команды РСФСР. Высокий, стройный, дисциплинированный. Мушковец - мой воспитанник из футбольной школы ленинградских «Трудовых резервов». Он из рижского детдома был, но в Воронеж я пригласил его из Липецка. Потом отправлял в московское «Динамо». Судья был хороший, во Львове, помню, мою команду судил. Бежал как-то кросс у реки, девчонки смотрят - упал.

Подошли, а он уже мертвый. Смотрикин - отличный центральный нападающий, техничный. Он был членом КПСС и всем футболистам квартиры добывал. Сорокин - капитан команды. А сын его окончил мой курс. Председателем спорткомитета в Боровичах работает, частенько звонит. Татаренко - взял его из Красного Сулина. В Адлере ко мне подошел тренер красносулинцев и говорит, что у него в команде есть хороший вратарь. Уговорили мы Валеру перейти в «Труд». Потом Белгороду 0:1 проиграли, и он исчез. Пришлось с Григорием Лисаченко - председателем Воронежского областного совета спортивных обществ и организаций - ехать за ним в Ростовскую область. В домике жила вся семья - шахтеры. Вы уж извините за откровение, все - пьянь пьянью. Забрали мы его быстрее в Воронеж, я прописал его к себе, старался ему помогать. Отличный вратарь был. Но затем гены взяли свое... Трофименко - резкий защитник. Интересный футболист, Горностаев правого играл, он - левого. У него еще шрам был на правой щеке. Ходеев - у меня тоже играл, поставил его на край: «Рудик, давай!» Парень честный, откровенный, мне в ответ: «Да куда, зачем?» Так в итоге в составе и не закрепился. Чернышов - играл нападающего. Когда он женился, я как раз принял команду, меня приглашали на свадьбу, но я почему-то не пошел.

НАПУТСТВИЕ ДЛЯ САРСАНИЯ

- Герман Семенович, а, что скажете про современный воронежский клуб: Константин Сарсания в Питере ведь работал, «Факелу» до Премьер-Лиги добраться поможет?

- Конечно же, я его прекрасно знаю. Парень пробивной, деньги будут - выведет. Уж в первый дивизион точно. Я ему по этому поводу сказал: «Константин, ты видел в Воронеже доску на стадионе и, чья там фамилия первая стоит? Вот сделай так, чтобы такая же доска осталась после тебя и с фамилии Сарсания начиналась!»

- Что же в современных условиях нужно для того, чтобы создать команду, способную играть на самом высоком уровне?

- Три составляющие: финансовая, хороший состав и заинтересованность главы региона.

- Вы, по опросу болельщиков и специалистов, в воронежском футболе XX века заняли первое место. А кого бы сами назвали лучшим тренером прошлого века в Воронеже?

- Анатолия Полосина, я его консультировал, когда он в Ростове работал. Уважаемый и знающий свое дело человек. Жаль, что умер рано. Если бы после пятого места в 1989 году «Факелу» поставили задачу выйти в высшую лигу, он бы никуда не ушел.

- А из нынешних тренеров кого считаете похожим на вас - по характеру, в работе?

- (Задумывается, листает газеты). Я вкладывал душу в Анатолия Байдачного, учил его. Хороший парень. Но всем же нужен сиюминутный результат, а у него так не получается. Из известных, наверное, отмечу Курбана Бердыева. Кстати, это мой ученик, использующий хорошие наработки. Вижу себя молодым и в Юрии Красножане, правда, он «своих» выручает. Я имею в виду матч с «Анжи» в конце этого сезона (улыбается).

- В этой связи не могу не спросить, как надо бороться с договорными матчами?

- Пока этим не займутся правоохранительные органы, никакой борьбы с договорняками не получится. Кто смог поймать в Италии и Франции околофутбольных деляг за руку? Только полиция. Здесь я полностью согласен с Витькой Понедельником, который вышел из комиссии по этике.

- Трансляцию товарищеского матча Россия - Бельгия из Воронежа смотрели?

- Я уже по этому поводу высказывался (смеется). Суть такова: за Воронеж порадовался, за сборную - нет. Нужно делать серию контрольных игр, как я в свое время, когда работал в сборной СССР. Нужно искать новых людей, пробовать, не раз проверять. Тогда что-то получится. Очень хорошо, что провели такой матч в Воронеже, ведь местные болельщики очень любят футбол.

Гудков Александр Анатольевич