Войти

Партнеры:

Сегодня Вареле Обдулио Хасинто Муиньос исполнилось бы 100 лет

Сегодня Спайсеру Эдвину (Эдди) исполнилось бы 95 лет

Сегодня Кикнадзе Олегу Николаевичу исполнилось бы 90 лет

Сегодня Казакову Анатолию Фёдоровичу исполнилось бы 80 лет

Сегодня Новиков Александр Михайлович отмечает 60-летие

Сегодня Акимочкин Анатолий Викторович отмечает 60-летие

Сегодня Влахос Михалис отмечает 50-летие

Сегодня Форрест Крейг отмечает 50-летие

Сегодня Давлетов Февзи Ризаевич отмечает 45-летие

Сегодня Гейсбрехтс Дэви отмечает 45-летие

Сегодня Окпара Годвин отмечает 45-летие

Сегодня Александру Мариан отмечает 40-летие

Сегодня Хёйланн Йон Инге отмечает 40-летие

Сегодня Илич Радиша отмечает 40-летие

Сегодня Крэйг Майкл отмечает 40-летие

Сегодня Валтнер Роберт отмечает 40-летие

Сегодня Шорох Андрей Васильевич отмечает 35-летие

Сегодня Будный Андрей Миронович отмечает 35-летие

Сегодня Матко Матия отмечает 35-летие

Сегодня Афанасьев Валерий отмечает 35-летие

Сегодня Боднар Михаил Андреевич отмечает 30-летие

Сегодня Татарчук Владимир Владимирович отмечает 30-летие

Сегодня Анган Дэви отмечает 30-летие

Сегодня Тороп Каарел отмечает 25-летие

Сегодня Жиро Михал отмечает 25-летие

Сегодня Калимулла Хан отмечает 25-летие

Футбол и жизнь Григория Горностаева

2011

Волею случая недавно в руки футбольного историка и статистика Александра Гудкова попали записи четырнадцатилетней давности. Их автор Григорий Горностаев - известный в 40-90-е годы прошлого века футболист и тренер. Наследие отца для публикации передала дочь, заслуженный мастер спорта по акробатике Марина Григорьевна Литвинова (в девичестве Горностаева), за что мы выражаем ей особую благодарность.

В своих воспоминаниях Григорий Гаврилович попытался рассказать о своей жизни в спорте. Может быть, какие-то события не очень точно описаны, некоторые даты не совсем правильные, имена, возможно, не те. Но здесь главное судьба человека, прожившего яркую и увлекательную жизнь в большом футболе. Это наша с вами история, которая достойна внимания и уважения.

БЫЛО У ОТЦА ТРИ СЫНА

Родился я в 1929 году в Пензенской (тогда Средне-Волжской прим. ред.) области. В нашей семье было трое братьев: старший Дмитрий, Иван и я. Жизнь тогда в деревне была очень тяжелой, в 1933 году пришлось перенести голод. Но отец каким-то чудом уберег нас от смерти, хотя мы уже начали опухать от голода. Потом папа устроился на работу в городе Кузнецке на лошади развозить почту. Жил сначала один, а когда дали комнату, он забрал нас из деревни к себе.

Тут уже пошла городская жизнь, руководство почты по могло с детским садиком. Но жизненные условия все же оставались трудными. Зарплата у отца была небольшая, на месяц денег не хватало. Но мы росли свободными, а детский сад с его режимом не любили, между собой называли его каторгой. А в выходные бегали сутра до вечера, даже о еде забывали. Таковы мои первые детские воспоминания.

Время летело быстро, мы росли. Старшему уже было 12 лет, Ивану 9 и мне 7, когда папа сменил работу, а наша семья переехала на другую квартиру, рядом со стадионом «Спартак». Мы стали пропадать там с утра до вечера. Между тем, брат Дмитрий начал играть в футбол за юношей. Он был крепкого телосложения, неплохо двигался, обладал сильными ударами с обеих ног. А мы с Иваном записались в детскую команду. Средний брат был из нас троих самым хрупким.

ДЕСЯТЫЙ НОМЕР

С этого началась моя спортивная жизнь. В то время не хватало формы, не было мячей. Приходилось их шить из чулок: набивать тряпками и туго стягивать нитками. Мяч у меня получался как резиновый, но мы с ребятами этого уже не замечали, гоняя в футбол до упаду. Довольно быстро научился бить с обеих ног. Правда, приходилось и пальцы сбивать до крови, и ногти слетали, но мы не знали, что такое зеленка или йод. Посыпал песочком и опять на поле.

 За детскую команду стал играть с десяти лет, а вот с учебой в школе возникли проблемы. Я много уроков пропускал, знания давались с трудом. Пользуясь тем, что родители особо не контролировали, больше времени пропадал на стадионе. А воскресенье ждал как праздника, ведь в этот день проходили матчи первенства города.

Как сейчас, помню радостные чувства, когда нам выдали игровую форму: трусики, майку, гетры и тапочки. Мне досталась футболка с номером «10». В команде я уже отличался своими физическими данными, сильными ударами с левой и правой ноги.

Иван был похитрее в обманных движениях, и нас прозвали молочными братьями. Он финтами накручивал игроков противника и выдавал мяч под удар, а я забивал с такой злостью, что вратарь не успевал руки поднять. Так мы стали любимцами у болельщиков.

Мы росли, а после перевода в юношескую команду начались серьезные занятия. Правда, наставников тогда не было, тренировки проводил старший товарищ, который выступал за взрослую команду. Играли мячами из кирзовой кожи, которые я любил накачивать очень туго, чтобы звенели. Одна беда: после моих ударов такой мяч разлетался по швам, не выдерживал нагрузок. Но лучше не было. Я же тем временем почувствовал уверенность в своих силах: был физически крепким, обладал большой работоспособностью, короче говоря, среди сверстников явно выделялся.

ВОЕННЫЕ ГОДЫ

На всю жизнь запомнил тот день 1941 года: 22 июня, воскресенье. Мы должны были играть в Пензе со «Спартаком». Уже собрались на стадионе, когда в раздевалку прибежал запыхавшийся игрок Юра Курочкин. До нас не сразу дошел смысл произнесенных им слов о том, что началась война.

Игру, ясное дело, отменили. По всему городу стали развозить повестки на лошадях: народ собирался на железнодорожной станции, провожали бойцов на фронт, слезы женщин, детей. Даже сейчас с болью вспоминаю о том, что происходило в 1941 году. Моего отца тоже забрали на фронт, мы остались с мамой. Сами ездили в лес за дровами, готовились к зиме. Продукты давали по карточкам, но хлеба, как правило, не хватало. Тем не менее спорт мы не бросили. В 1942 году старшего брата призвали в армию, и с фронта Дмитрий не вернулся, погиб.

Тем временем в Пензу на заводы стали прибывать специалисты, эвакуированные из Москвы. Были среди них и футболисты, выступавшие в первенстве Москвы. Поэтому вскоре у нас возобновился чемпионат области по футболу, в котором мы принимали самое активное участие. Особенно мне запомнился Владимир Кормильцын, обладавший хорошей техникой. Благодаря такому игроку поднялся уровеньнашей взрослой команды, которая включилась в борьбу с Пензой за первое место. А мы с братом Иваном уже считались ведущими игроками первенства области среди юношей.

ВЗРОСЛЫЙ ФУТБОЛ

Разместили в Пензе и летный отряд, где перед отправкой на передовую проходили обучение летчики. Среди них мне особо запомнился Евгений Коновалов, плотный, высокий и хорошо сложенный футболист. Была как раз игра первенства области со «Спартаком» (Пенза), и он вышел играть за нашу команду. Тогда я впервые увидел футбол такого высокого уровня: финты, удары, укрывание мяча корпусом, своевременные и точные пасы, Коновалов буквально блистал на поле. Тот матч мы выиграли, и только потом узнали, что нашим партнером был футболист легендарного ЦДКА. Правда, долго Коновалов в Пензе не задержался и отбыл на фронт.

Когда мне исполнилось 14 лет, поступил работать на завод. Ивану уже было 16 лет, и он выступал за первую взрослую команду, где завоевал симпатии партнеров и болельщиков. Так молочных братьев разъединили, правда, ненадолго. Уже через год меня стали подпускать к основному составу взрослой команды.

Что же касается учебы, то семилетку я завершил с трудом. Но когда во время войны организовали вечерние школы, я не упустил возможности окончить десять классов. За тем поступил в институт. В 1946 году Ивана призвали в армию, служил он в Азии, в городе Чимкенте. А я уже основательно закрепился в основном составе взрослой команды, тем не менее, продолжал усердно работать над повышением мастерства. Слушая футбольные репортажи из Москвы, обратил внимание на то, что комментатор Вадим Синявский постоянно расхваливает игроков «Торпедо» с «пушечным» ударом Пономарева, Боброва, Симоняна, Ворошилова. Поэтому сам стал накачивать мышцы ног, укреплять голеностопы.

ПЕРВАЯ КОМАНДА МАСТЕРОВ

В 1949 году пензенский «Спартак» участвовал в чемпионате СССР по II группе мастеров. А мы приехали играть в Пензу, в этом матче решалось, кто станет чемпионом области. Как сейчас, помню, поединок проходил на стадионе «Большевик». По ходу встречи мы проигрывали 0:4, ничего не клеилось, вот я и решил взять игру на себя. Добавил спортивной злости, смелости и настойчивости в единоборствах. Соперники такого напора не ожидали, и я на кураже забил два мяча. Матч закончился со счетом 4:2 в пользу Пензы, мы стали вторыми.

После игры в нашу раздевалку вошел неизвестный, в шляпе и макинтоше. В то время это было очень модно, все игроки команд мастеров одевались так. Незнакомцем оказался тренер команды мастеров Пензы товарищ Серафим Ильич Соколов, который в свое время поиграл за московский «Спартак». Оглядевшись по сторонам, он спросил: «А где тут курчавый паренек под десятым номером?» Я встал, представился и услышал в ответ: «Гриша, я тебя жду на улице для серьезного разговора». Сердце радостно заколотилось, и предчувствие меня не обмануло: Соколов предложил играть за «Спартак».

На вопрос: «А как быть с работой? Ведь надо ехать в Кузнецк, получить расчет на заводе» получил четкий ответ: «Все мы сделаем, не волнуйся, а пока садись в автобус и поедем в гостиницу». Партнеры по команде уговаривали остаться, но я решил не упускать свой шанс. Ведь мою жизнь трудно было назвать хорошей: ни одеться, ни обуться, ни покушать нормально. А тут в гостинице меня поселили в двухместный номер, где моим соседом оказался Володя Чагин. Вратарь из Москвы встретил меня радушно, хотя он был намного старше. Пошли на ужин, и в ресторане я просто обалдел: на столе сметана, яйца, красная икра, мясо. Все было очень вкусно.

Так началась моя спортивная жизнь. На следующий день была тренировка, мячи добротные, польские. В команде мне сразу понравился игрок Слава Штанько высокий, скоростной. Довольно быстро мы оказались с ним в одной паре и сразу стали понимать друг друга с полувзгляда. Особенно это проявилось в двухсторонней игре, когда я несколько раз легко накрутил соперника и выдал Славе точные пасы. После первых тренировок меня зачислили в штат команды мастеров.

«ШВЕЙЦАРСКИЕ»  ЧАСЫ

Моя первая поездка была в Ижевск, на игру с «Зенитом».   Первый в жизни полет на самолете прошел как в сказке. Да и дебют на уровне мастеров получился удачным. Спасибо тренеру Соколову, который на установке сказал мне: «Не волнуйся, играй как тогда за команду Кузнецка». Поэтому с первых минут чувствовал себя уверенно: отдал голевой пас Штанько, а затем забил сам, сильным ударом с 25-ти метров. Мы выиграли 2:1.

Следующий поединок проводили в Москве с командой МВО. В столице я был впервые, поэтому ходил, разинув рот. С удивлением рассматривал многоэтажные дома, Большой театр, метро. В Москве со мной и произошел курьезный случай.

Не помню как, но я заблудился и оказался на Перовском рынке. Народу вокруг яблоку негде упасть. Тут комне подходит мужчина и предлагает купить швейцарские часы. Глянул: на вид красивые. Часов у меня никогда не было, вот и решил купить. В итоге отдал все деньги, которые до этого сэкономил. Столько радости было, когда надел часы на руку! Возвращаюсь в гостиницу, захожу в номер, любуясь дорогой покупкой. А со мной жил Иван Ивлев, который хорошо разбирался в часах. Когда он взял их посмотреть, стрелки уже стояли на месте. Открыл крышку, а там один колесик вместо целого механизма. Те «швейцарские» часы навсегда засели в памяти: мало того что остался без денег и часов, так еще сильно расстроился из-за того, что меня так ловко надули. Правда, старшие товарищи быстро успокоили: «Гриша, в Москве не таких обманывали, а ты из деревни. Успокойся, у тебя все впереди, купишь еще хорошие часы».

РЕКОМЕНДАЦИЯ СОКОЛОВА

Второй матч играли против МВО - сильной команды, которая в турнире шла на первом месте. Поединок завершился нулевой ничьей, что для нас было равно сильно победе. В Пензе после нескольких встреч я стал пользоваться авторитетом у болельщиков и руководства, особо всем нравились мои сильные удары. На тренировках вратари стали убирать мои мячи, потому что они были перекачанные и я отбивал им руки и ключицы.

Впрочем, Пензу пришлось вскоре покинуть. Соколов порекомендовал меня в «Крылья Советов», которые выступали в первой группе мастеров. В ожидании вестей из Куйбышева (ныне Самара прим. ред.) вернулся в родной Кузнецк. Было это в 1949 году.

Дома продолжал тренироваться, сам поддерживал физическую форму. Встречался с любимой девушкой Верой. А в свободное время посещал стадион. Там меня заметили и пригласили в команду «Спартак». Я согласился и редко покидал поле без забитого мяча, а то и двух. Тот сезон доиграл в Кузнецке, а в декабре за подписью тренера Александра Кузьмича Абрамова пришла телеграмма с вызовом из Куйбышева.

С Верой мы поженились, и я отправился в «Крылья Советов». Приехал, Куйбышев город большой, спросил, где находится спорткомитет, и поехал на трамвае. Зашел, спросил председателя, им оказался бывший футболист «Крыльев Советов» Сергей Румянцев. Показал телеграмму, и он при мне позвонил Абрамову: «Прибыл игрок по вашему вызову». Тот дал команду отправляться в гостиницу «Центральная», где уже был заказан номер на мое имя. Утром пришел администратор Виктор Александрович Федосеев, выдал талоны на питание в ресторан. Я отправился на завтрак, за столами сидели игроки много, человек 20. Стеснялся, чувствовал себя не в своей тарелке. Не зная, как себя вести, сел за свободный столик.

СВОЙ МЯЧ

После завтрака ко мне подошел Абрамов: «Вот ты какой паренек, которого мне рекомендовали. Ну хорошо, приходи на занятие по теории». Так впервые увидел макет поля: тренер расставлял фишки, объясняя, как должны действовать защитники, хавбеки и нападающие. Назывались такие игроки, как Ворошилов, Смыслов, Гулевский. После этого была тренировка в зале. А у меня ни тапочек, ни кед, один спортивный костюм старенький, который остался на память о Пензе. Вот и вышел на занятие в парусиновых туфлях. Каждому выдали мяч, свой я накачал, как любил. Отрабатывали остановку мяча, под подошву, на грудь с последующим ударом по воротам. Волнуясь, несколько раз ошибался, но когда бил мяч летел как из пушки. Над вратарем Володей Корниловым даже стали смеяться: мол, не можешь отразить удар новичка.

Так прошла моя первая тренировка, потом познакомился с ребятами, которые жили в гостинице. Виктор Ворошилов был капитан команды. Оказался очень хорошим товарищем. Вратарь Володя Сухоставский, как и я, был новичком, его пригласили из Владимира. Ребята ко мне отнеслись дружелюбно, стали расспрашивать, где играл, на какой позиции. Постепенно освоился и стал готовить мяч по своему: накачаю так, чтобы звенел, смочу водой и потом вазелином намажу, чтобы былэластичным. От этого он становился заметно тяжелее. После отработки ударов тренер взял мой мяч и удивленно спросил: «Почему такой тяжелый, что ты с ним сделал?» Я ответил: «Накачал».

ПАРУСИНОВЫЕ ТУФЛИ

Тренировки шли полным ходом, а Абрамов ничего не говорит: оставит меня в команде или придется возвращаться в Кузнецк. Вот я и начал переживать за свои туфли: разобью, и ехать обратно будет не в чем. Так прошло недели две. На очередную тренировку мяч подготовил еще более тяжелый, накачал в две камеры, у одной камеры сосок срезал, вставил хорошую и накачал, да еще водой смочил. Мой партнер в паре, из клубной команды, даже ударить не мог. А когда стали выполнять упражнения, он принял мяч после моего удара на грудь и рухнул на пол. Потом еще долго не мог прийти в себя. Решили мой мяч взвесить, оказалось, что он весит 600 граммов, при норме в 350.

Смотрины в «Крыльях Советов» завершились удачно. После одного из занятий тренер сказал: «Гриша, иди получай спортивную форму у администратора». Вы не представляете моей радости от того, что я остался в команде. Это был самый счастливый день в моей жизни.

Вечером поехал на склад «Безымянка» и получил целый мешок формы. Чего там только не было: костюмы шерстяные, теплые лыжные, легкие майки, трусы, три пары кед, носки, бутсы. В общем, поставили меня на ставку второй категории с окладом в 880 рублей.

В «Крыльях Советов» приходилось заниматься не только футболом, но и на коньках кататься и в хоккей играть. В это время познакомился с Владимиром Михайловичем Жезловым, которому недавно прооперировали колено. Он оказался сыном директора завода. Но после операции Жезлов так больше и не заиграл.

ПОПРОБУЙ ОБЫГРАЙ

В начале весны поехали на сборы в Сочи, а я Черное море только на карте изучал по географии. Там увидел игроков всех команд Москвы: Пономарева, Боброва, Симоняна, Карцева, Савдунина, Кочеткова. Тренировки проходили три раза в день, нагрузки были очень интенсивные, времени не хватало даже письмо написать. Мы не успевали менять майки, мокрые от пота.

В товарищеских матчах я стал играть под No 10 в дубле. В то время надо было завоевать место во второй команде: там играли футболисты со стажем, а молодых было очень мало. Противостоит тебе 35 летний ветеран, попробуй его обыграй. А система была простая: кто сильнее, тот играет в основе. Поэтому борьба на юге была очень жесткой, каждый стремился доказать свое право на место в заявочном списке команды мастеров чемпионата Союза.

Тот сезон я отыграл за дубль, тренеры хвалили, отмечали мою игру. В отпуск приехал в Кузнецк к жене и дочке. Иван вернулся из армии, работал в автохозяйстве водителем. После Новогодних праздников поехал в Куйбышев, после медосмотра началась подготовка к новому сезону. Я уже чувствовал себя полноценным игроком «Крыльев Советов», строил планы, как пробиться в основной состав.

И как то после одной из тренировок подошел к Абрамову и рассказал ему о своем брате: мол, Иван тоже не плохо играет. Он выслушал и говорит: «Давай телеграмму, пусть приезжает».

СНОВА С БРАТОМ

Я решил выждать какое-то время, а тренер ничего не забыл: «Почему брата нет, боишься, твое место займет?»

Со стадиона сразу отправился на почту и уже через несколько дней встречал Ивана. Отлично помню, что он приехал в Куйбышев с фибровым чемоданом. Это было в начале 50 х годов. Брат по казал себя с лучшей стороны и был включен в состав команды, выезжающей на южный сбор. Иван в товарищеских поединках проявлял себя как зрелый игрок. Помню встречу основного состава с дублем.

Как правило, частенько побеждали резервисты, которые жаждали занять место в основном составе. Играли в дождик, а Иван стал накручивать одного игрока основы за другим. Карпову это не понравилось, он завелся, стал бить ему по ногам, откровенно грубить. Пришлось встать на защиту Ивана: «Ты что делаешь, так травму можно нанести». А Карпов и на меня кинулся, чуть до драки дело не дошло. Когда же страсти улеглись и игра продолжилась, произошел курьезный случай. Я сделал длинную диагональную передачу, мяч попал Карпову в голову, и он, как сноп, рухнул на газон. Думали, сотрясение мозга, но все обошлось. А ту двусторонку мы выиграли 2:1, в дубле забили Синяков и я.

ЗА УДАЛЕНИЕМ ПРИГЛАШЕНИЕ

Однажды во время тренировки мы отрабатывали удары по воротам. А погода была пасмурная, накрапывал дождь. Мяч сырой, тяжелый. Вратари после моих ударов боялись брать мяч. Владимир Сухоставский рискнул броситься за мячом, но удар был такой силы, что выбил ему ключицу. После этого тренер Абрамов выгнал меня с поля со словами: «Всех вратарей переломаешь, иди с дублем тренируйся».

Делать нечего пошел. Вратари здесь были молодые, из клубных команд. Ну я пробил с лета, а мяч угодил голкиперу в грудь. Он упал в сетку ворот и не встает. Занятие со второй командой проводил тренер Петр Бурмистров, так он меня тоже удалил с тренировки. Я вышел на бровку, стою под дождем, наблюдаю со стороны. А на соседнем поле занималась команда из Латвии «Даугава». Вдруг подходит ко мне тренер рижан Евгений Иванович Елисеев и спрашивает: «Что, сынок, не занимаешься?» «Удалили за сильные удары», отвечаю. «Ну, пойдем, покажешь, что умеешь».

Елисеев ездил в Англию с «Динамо», бутсы у него были как солдатские ботинки, и удар тоже был сильный. Он пасовал, а я бил с такой силой, что вратарь Володя Виноградов крепкий, высокий, он раньше играл за Куйбышев даже не реагировал. А если мяч попадал в каркас ворот, то отлетал к центральному кругу. Евгению Ивановичу я понравился, и он пригласил меня после ужина на переговоры по поводу перехода в «Даугаву».

Жили мы вместе, в санатории министерства пищевой промышленности. Встретились, все обговорили, Елисеев пообещал решить вопрос с квартирой, так как у меня две девочки подрастали. Но все это кто то увидел, доложил куда надо, и меня перед сном вызвали к руководству «Крыльев Советов».

ПРОТИВ БЕСКОВА

Руководство «Крыльев Советов» состояло из двух тренеров, политрука – раньше была в клубе такая должность и врача. Начали меня прорабатывать: мол, мы сделаем так, что ты играть вообще нигде не будешь. Эта угроза была для меня самой серьезной, ведь я очень любил футбол. В свое оправдание привел следующие доводы: «Вы меня прогнали из основного состава за то, что я выбил ключицу голкиперу. Второй тренер удалил за то, что вратарь не мог поймать мяч, а подставил грудь и упал. Я виноват, что у меня такие удары?» Когда эмоции схлынули, старший тренер извинился и сказал: «Давай, Гриша, готовься к сезону, и никаких переходов».

Так я остался в Куйбышеве. В том году «Крылья Советов» заняли третье место в чемпионате СССР. Мне больше всего запомнилась игра в основе против московского «Динамо». Тренеры поставили задачу выключить из игры Константина Ивановича Бескова. Вот я везде и преследовал динамовского форварда, несколько раз даже пришлось играть грубо, он даже к судье принялся апеллировать. Я ему ответил: «Что жалуешься? Ты мне в отцы годишься».

И все же Бесков забил, поймав меня на финт: якобы пошел играть в туловище, я остановился, а он проскочил вперед и мощно пробил в нижний угол. Вратарь Корнилов оказался бессилен. А Бесков похлопал меня по плечу и сказал, что опыта еще маловато. Первый тайм завершился, внутренне уже был готов к замене, так как со своей задачей не справился. Но тренер и слова в упрек не сказал и оставил в составе. Во втором тайме мы очень старались, много двигались, создавали опасные моменты. Но динамовский голкипер Саная играл прекрасно, поэтому забить никак не удавалось. И все же на последних минутах встречи мы были вознаграждены за старания, когда Борис Запрягаев точным ударом сравнял счет.

Матч так и закончился вничью - 1:1. Интересно, что Запрягаев играл вратарем в хоккей с шайбой в команде «Крылья Советов» (Москва).

УДАЧНЫЙ СЕЗОН

В 1953 году мы дошли до финала Кубка СССР, где опять встретились с «Динамо». Игра получилась упорной. Бесков со штрафного исполнил резаный удар через стенку, а Сергей Сальников выскочил, принял мяч на грудь и пробил точно в цель. У нас было немало шансов отыграться, Гулевский дважды наносил удары из выгодных положений, мог отличиться Бровкин, но на долю секунды опоздал. Когда же мяч летел точно в цель, безупречно действовал Яшин. Так «Динамо» победило 1:0 и стало обладателем Кубка.

А нас за успешное выступление и выход в финал министр авиационной промышленности Союза Дементьев наградил подарками. Сезон 1953 года для «Крыльев Советов» вообще был самым удачным. Я получил квартиру, хорошо помню, как мне вручали ордер перед игрой со столичным «Локомотивом». Мы одержали уверенную победу со счетом 2:0, а я оправдал доверие руководства вторым голом. Забил в верхний угол ворот, которые защищал Грачев, с такой силой, что мяч долго метался в сетке.

Кто был на Центральном стадионе в Куйбышеве, тот знает, что рядом расположена церковь. И нередко получалось так, что забитый мяч и начало колокольного звона совпадали. А позади одних из ворот было административное здание, с кабинетами руководства, бухгалтерией. И когда наши тренировки проходили на стадионе, я без разбитого стекла с поля не уходил. Директор даже не спрашивал, кто, знал, что Григорий разбил, ведь больше никто туда не добивал.

«ВОЛЖСКАЯ ЗАЩЕПКА»

Чемпионат СССР завершили успешно. Наш вратарь Корнилов стал третьим в Союзе, Виктор Ворошилов и Гулевский попали в сборную СССР. А «Крылья Советов» стали грозой для лидеров, особенно от нас страдали «Динамо», «Спартак», ЦДКА и «Торпедо». «Волжскую защепку» не могли преодолеть, а Гулевский, обладавший отменными скоростными качествами особенно хорош у него был рывок с места, использовал любую возможность и много забивал. Его держали такие мастера, как Башашкин, Крыжевский, Гомес, но он всегда выходил победителем. «Крылья Советов» вообще отличались высокой игровой дисциплиной, большой работоспособностью и отменными моральными качествами. За счет этого команда Куйбышева и завоевала бронзовые медали.

ТУРНЕ ПО УКРАИНЕ

В начале межсезонья по разнарядке Спорткомитета СССР нас направили в Западную Украину. И товарищеские встречи в городах Мукачево, Береговое, Львов, Ужгород завершились победами «Крыльев Советов» с крупным счетом. Стадионы были переполнены, болельщики здорово поддерживали хозяев, но мы старались вовсю. Статус бронзовых призеров Союза ко многому обязывал. Поэтому к каждому поединку относились серьезно и показывали захватывающую игру. У меня многое получалось, почувствовав это, партнеры не скупились на отличные передачи, и один-два мяча я забивал обязательно. А мощные удары в моем исполнении буквально покорили всех украинских болельщиков. Правда, скрывать не стану, после товарищеских игр мы могли себе позволить немного расслабиться.

Тренер Петр Петрович Бурмистров куда меня только не ставил, даже в защите пришлось поиграть. При этом заметил, что мои подключения из глубины поля для обороны соперника становились полной неожиданностью, а удары с дальних дистанций заставали вратарей врасплох. Турне по Западной Украине прошло успешно.

После этого началась отпускная пора. Как правило, футболисты ездили в санаторий Зеленоводска под Куйбышевым. Там были отличные грязи, мы проходили курс лечения позвоночника, коленных суставов и другие процедуры. А после Нового года начинали подготовку к чемпионату. Здесь много времени уделялось общефизической подготовке и работе на технику.

ПРОВЕРКА ДЛЯ БРАТА

В 1954 году во время сочинского сбора Иван заявил мне о решении покинуть «Крылья Советов». Его позвал работавший в Воронеже тренером команды мастеров Дмитрий Егорович Синяков. Узнав об этом, старший тренер волжан Абрамов решил устроить брату проверку и поставил его на игру с запорожским «Металлургом» центральным защитником. А состав был смешанный -привлекли несколько футболистов из дубля, ведущим игрокам дали отдохнуть. Я отлично запомнил ту встречу, ведь наблюдал за ней из-за ворот вместе с членами сборной СССР Бобровым, Симоняном, Дементьевым, Пономаревым, Ворошиловым, Крыжевским, да всех не перечислить. Так вот, Иван выдал такую игру в защите, что все были в восторге. Ни одной безадресной передачи, обыграет соперника в штрафной площади и отдаст точный пас своему партнеру. А в те времена такая игра не практиковалась, как правило, все центральные защитники сразу отбивали мяч подальше от ворот.

После матча старожилы сборной обращались к нашему тренеру: «Кузьмич, где ты такого игрока нашел, это же настоящая Прима!» «Крылья Советов» выиграли 2:0, и Абрамов отказался отпускать Ивана в Воронеж. Пришлось его долго уговаривать. Добро было получено только в первых числах июня, после матча с командой «Динамо» (Тбилиси) на стадионе «Локомотив» в Москве (на самом деле: на стадионе «Динамо» в Тбилиси прим. ред.), мы вы играли 1:0 (проиграли 0:2 прим. ред.). Я проводил брата на вокзал, и он сразу поехал на игру воронежской команды в Прибалтику.

ПРИГЛАШЕНИЕ В «ТРУД»

В сезоне 1954 года наши показатели заметно снизились, заняли где-то 8-е (11-е прим. ред.) место из 12 команд. И осенью «Крылья Советов» пригласили на товарищескую встречу (со сборной Воронежа прим. ред.). Футбол получился азартным, в хорошем темпе. Болельщики заполнили стадион до отказа, свободных мест не было. Помню, что центрального защитника у хозяев играл Николай Чугай, по краям - Иван Адамович и мой брат Иван. Он тот матч провел на высшем уровне. Я мог забивать мяча три, но он знал мои сильные стороны и, разгадывая все финты, не давал бить ни с левой ноги, ни с правой. В одном из моментов я обыграл Адамовича на скорости, а он захватил меня за живот. Протащил его метров 15. Судья назначил штрафной удар, а защитник воронежцев в сердцах бросил: «Ну и жеребец, не удержать!» Товарищеская встреча закончилась вничью 0:0 (1:1 прим. ред.).

В то время тренировал «Труд» («Крылья Советов», прим. ред.) Иван Иванович Щербаков. После игры ко мне подошла представительная делегация местных руководителей - Александр Георгиевич Иванов, Григорий Иванович Лисаченко, Щербаков и предложила подумать о переходе в команду «Труд».

В ВОРОНЕЖ ЧЕРЕЗ СТАЛИНО

Начало 1955 года для «Крыльев Советов» обернулось серьезными кадровыми потерями. Виктор Ворошилов отправился в «Локомотив» (Москва), Александр Гулевский в «Торпедо» (Москва), ушло еще несколько игроков. А команда вообще осталась без старшего тренера, когда Александр Кузьмич Абрамов уехал в Ленинград. И сезон получился трагичным: «Крылья Советов» покинули высшую лигу (класс «А» прим. ред.), а команда полностью развалилась.

Я должен был ехать вместе с Федором Бондаренко в Воронеж, но меня решили отправить в команду Сталино (Донецка прим. ред.).

Из Москвы проводил Бондаренко в Воронеж, а сам поехал в Донецк. «Шахтер» только вернулся в высшую лигу, тренером был Александр Семенович Пономарев. Новичков в команде было очень много, меня в гостинице разместили вместе с голкипером Виктором Чановым. На тренировке мой мяч привлек особое внимание, Пономарев взял его в руки, потом пошел взвешивать. Оказалось 630 граммов. Вратари, в том числе и Чанов, не могли ловить мой мяч. Полевой игрок не успел отвернуться или сотрясение получит, или ожог на спине. И тренировку заканчивает. Правда, в «Шахтере» я не сошелся с тренером по условиям. Меня уговаривали ехать в Днепропетровск, там давали квартиру и оклад хороший. В последний момент решил посоветоваться с женой, а она сказала: «Не хочу на Украину, поехали в Воронеж». Так в 1956 году я попал в «Труд».

Короткова – брать

В Воронеж прибыл в середине января, встретил брата Ивана, Бондаренко и других знакомых игроков. Поселили меня в гостиницу «Восток» на Левом берегу. Условия были неважные, тренировки проходили в маленьком зале, по нынешним меркам это даже не зал, а простая квартира. Питания не было, порой приходилось идти на тренировку голодным. Но тяжелые времена не могли продолжаться вечно.

В составе воронежской команды слабых мест было предостаточно в любой линии. Недостатки мастерства приходилось компенсировать в играх большим энтузиазмом, и это помогало нам выступать успешно. А тренеры менялись, как перчатки: Щербакова сменил Виктор Николаевич Гуляев, после него пришел Костылев. Алексей Николаевич, начав комплектовать команду, обратился ко мне за советом по поводу Юрия Короткова: брать его или нет. Я сказал, что Короткова хорошо знаю по «Локомотиву», думать тут нечего, надо приглашать.

И после появления Короткова в команде мне стало легче играть, ведь мы понимали друг друга с полувзгляда. Потом приехал Виктор Белов (на самом деле он пришел в команду в 1955 году, еще до Короткова - прим. ред.), который усилил защитную линию. Из года в год команда прогрессировала и играла лучше. Болельщики стали заполнять стадион до отказа, ждали футбольных игр, как большого праздника. В 1957 году, получив здесь квартиру, я перевез семью из Куйбышева. У меня уже росли две дочери.

Соперники стали уважать «Труд», а воронежская команда играла стабильно и добивалась хороших результатов. В то время проводилось много международных встреч. Для «Труда» было честью сыграть со сборной Венгрии (молодежной командой - прим. ред.) и отпраздновать победу - 2:1.

 

Конфликт с тренером

В сезоне 1958 года буквально на глазах начали портиться отношения с тренером Костылевым. Началось все с Запорожья, где он раньше работал с местной командой. Дебют той встречи выдался неудачным - из-за ошибок Белова пропустили два мяча. И тут по окончании первого тайма вместо того, чтобы сделать замечание Белову, Костылев всю вину свалил на меня.

Я психанул, бросил бутсы в сторону и начал раздеваться. Но ребята меня уговорили, я надел футболку и вышел играть. А Белов на поле не вышел, заявив, что совсем бросает играть в футбол. Он уже учился в Москве в ВШТ. Начался второй тайм, у меня появилась такая спортивная злость, что успевал буквально везде. В итоге точным ударом сократил разрыв, а Коротков установил окончательный счет - 2:2. После финального свистка Костылев меня расцеловал, сказал спасибо за игру. Но злость на меня в душе у него, по-видимому, осталась.

Старший тренер начал меня потихоньку «придавливать»: то заменит, то в состав не поставит и так далее. Помню поездку в Севастополь. Мы с Коротковым накануне нарушили режим, прилетели самолетом, вышли на тренировку. Жара страшная, язык прилипал к небу, но готовиться надо.

Зная, что проштрафился, я тренировался со злостью, старался доказать свое право на место в составе. Хохол Бондаренко у нас был с характером, мог всю команду расстроить своим поведением в воротах: то забить ему было трудно, то совсем не ловил мячи. Я же в таких случаях бил еще сильнее, и мяч попал голкиперу в область живота. Он упал, долго лежал на газоне, потом ушел на трибуну.

Смотрю, а в ворота направляется Костылев. Тут у меня вся злость взыграла за то, что он начал меня «давить». Пробил от души по его фигуре и попал в такое место, что он рухнул на землю, злобно проклиная меня. Я ответил: «Ты тренер, а не вратарь» - и ушел с поля.

С дублем – в Запорожье

Тренировка закончилась, на следующий день отдохнули и поехали на игру. На установке с удивлением узнал, что меня и Короткова включили в основной состав. Тот матч мы завершили вничью - 2:2, голами отметились Коротков и я, с углового. А у Севастополя состав был неплохой, там играл Борис Батанов.

Тем не менее Костылев продолжал политику давления. На кубковый поединок в Запорожье решили отправить группу подготовки. Зная заранее, что на успех там рассчитывать не приходится, на подмогу пацанам тренер делегировал меня. Да, мы уступили - 1:3, но я отыграл очень хорошо. Болельщики даже кричали: «Давай к нам в команду. Пономарев, приглашай Горностаева!»

Сезон закончился, даже не помню, какое место мы заняли в итоговой таблице. Всю зиму я тренировался в полную силу. Готовясь к новому сезону, понимал, что малейшая недоработка сразу же обернется отчислением. Я знал, что у тренера рука не дрогнет.

На завод не пошел

Время - к весне, пора ехать на сборы в Адлер. На последней тренировке проводим двухстороннюю игру на снегу. Я играю за второй состав и забиваю вратарю Бондаренко три мяча с дальних дистанций, «между ушей». И тут после завершения занятия прямо в душе ко мне подходит Синяков и объявляет: «Гриша, на сбор ты не едешь, остаешься дома». Я его послал куда подальше и сказал, что сам решу, что мне делать.

Команда уехала, я остался в Воронеже. Иду как-то по улице Героев стратосферы, навстречу - директор авиационного завода Константин Никитович Беляк. А он восхищался моей игрой, особенно ударами, говорил, что мяч как из катапульты летит. Спросил, почему Костылев не взял меня на сбор и попросил: «Горностаев, никуда не уезжайте, вернется команда - мы все решим».

Тем временем председатель завкома Евгений Иванович Титов подготовил мне место слесаря в цехе № 44. А я уже забыл, когда последний раз гаечный ключ в руках держал. С детских лет в футбол играю. Так и не стал оформляться на завод. Прошло дней пять. Пошли с женой прогуляться, идем мимо завода, я ей и говорю: «Вера, вот где я теперь стану работать, будешь меня встречать после смены каждый день, все время вместе, и никаких разлук».

Идем дальше, выходим к стадиону, а жена спрашивает: «Гриша, а если бы тебе прислали приглашение, поехал бы?» Я отвечаю: «Верунчик, я не стар для футбола, лет пять еще поиграю, а то и больше».

Поехал в «Металлург»

Услышав это, супруга достает из кармана телеграмму из Сочи от тренера запорожского «Металлурга» Виктора Семеновича Пономарева. Там забавно все получилось. Когда «Труд» приехал в Адлер, Пономарев поинтересовался у Костылева: «Где же второй брат Горностаев - Григорий?» А тот ему в ответ: «Да бросил играть, живот отрастил больше, чем у меня». Пономарев этому не поверил, навел справки у Бондаренко и брата Ивана. Они рассказали, как есть на самом деле, он взял адрес и дал срочную телеграмму в Воронеж.

Спасибо жене, понимая, что я очень сильно люблю футбол, она меня здорово поддержала: «Гриша, раз вызывают - поезжай». Так я покинул Воронеж, где тренер Костылев не посчитался с тем, что у меня семья, и легко решил мой вопрос.

Вылетел самолетом в Сочи, а уже в Адлере меня встречали Пономарев и администратор «Металлурга» Малкин. Улыбнувшись, старший тренер спросил: «Григорий, а где же твой живот?» «Не успел нажить, времени не хватило», - отвечаю. Приехали в санаторий министерства пищевой промышленности СССР, где я уже бывал с командой «Крылья Советов».

Приличная банда