Войти

Знать себе цену

«Советский Спорт» 02.11.1985

Пребен Элкьяер, лучший нападающий датской сборной, был явно расстроен: его команда проиграла отборочный матч чемпионата мира сборной СССР – 0:1. Быть может, поэтому после игры он отвечал на вопросы, тщательно подбирая слова. И лишь на один из них – «Кто вам понравился больше всего в советской команде?» – среагировал мгновенно: «№2 – Морозов». И поднял большой палец…

…Над 23-летним Геннадием Морозовым, выпускником Московского областного института физкультуры, достаточно долго витала репутация клубного игрока. Он не первый сезон показывает в «Спартаке» надежную и зрелую игру, удивляя жаждой борьбы и самоотдачей. Но – парадокс! – злую шутку с ним сыграла именно стабильность – к ней привыкли. Выделяли то одного, то другого, а он оставался за «кадром». И как-то не сразу заметили, что сейчас Морозов тот же, да не тот. В его игре появилось нечто, отделяющее многообещающих и подающих надежды от тех, кто состоялся как футболист. Появился, класс. В матчах со сборными ФРГ, Дании, Ирландии и Норвегии это обрело необходимое и окончательное подтверждение.

– Геннадий, вы не новичок в большем футболе. Но, если не ошибаюсь, это ваше первое интервью. Поэтому, неверное, логично печать знакомство с начала пути.

– Сейчас самому трудно поверить, но мальчишкой я бредил хоккеем, и только друзья уговорили записаться в футбольную секцию. А так как в семье болели за «Спартак», я, естественно, поехал в Сокольники, на Ширяево поле.

– Обычно в детских командах в защиту определяют тех, кто ростом повыше или же не подходит в нападение…

– В команде мальчиков у вас был вратарь, который в прямом смысле до слез расстраивался, когда пропускал гол. Не знаю, повлияло ли на меня то, что я почти в каждой игре видел его страдания, но с тех самых пор желание не дать забить во мне сильнее стремления забить самому. Сколько себя помню, всегда хотел быть защитником. Да и у тренеров, видимо, никогда не возникало сомнений по поводу моего «амплуа». Начинал я в спартаковской школе у олимпийского чемпиона А. Ильина, последние три года тренировался у B. Сучкова. Кстати, вместе с C. Родионовым и Б. Поздняковым…

– В 17 лет попасть в «Спартак» – редкая удача…

– Мне повезло вдвойне: в 1979 году «Спартак» стал чемпионом, а я весь сезон был в команде, играл за дубль и впитывал в себя каждый день, каждый час борьбы за золотые медали. Меня поразил дух оптимизма и единомыслия, и мы, дублеры, тоже проникались им, тем более, что не чувствовали себя обделенными вниманием старшего тренера – Константин Иванович Бесков регулярно проводил с нами занятия.

А потом я дождался своего часа. В 1980 году в последнем матче первого круга вышел в основном составе против ЦСКА, а уже в следующей игре с «Локомотивом» удалось забить гол. Поначалу все вроде удачно складывалось. Настолько, что в следующем сезоне даже пригласили в сборную.

– Факт приглашения футболиста в сборную страны в столь юном возрасте не только аванс, но и огромный стимул для совершенствования. У вас же, полнится, начался затяжной спад…

– Я бы мог сослаться на травму. Поначалу я не придал ей значения, но, усугубленная нагрузками, она дала себя знать через несколько матчей. Итог – месяц в больнице. После этого быстро форму набрать не удалось… Мог бы назвать еще тысячу причин. Тогда, казалось, весь мир против меня, но сейчас-то я знаю, в чем была суть: мне не хватало элементарной ответственности и требовательности к себе. Все легко давалось, и я решил, что так будет всегда. К счастью, вовремя спохватился.

– Итак, вы вернулись в основной состав «Спартака». Но уже не как перспективный крайний защитник, а как специалист по персональной опеке.

– Бесков безошибочно чувствует возможности игрока. И потому самые неожиданные, на первый взгляд, перестановки и превращения проходят на поле на удивление гладко. Он убедил, что мне новая роль вполне по силам, и я действительно поверил в себя.

– Традиционный вопрос: против кого приходилось труднее всего?

– Не сочтите за бахвальство, но мне всё равно, против кого играть. Чтобы кого-то боялся или чтобы перед игрой чувство было, что не справлюсь, – такого нет, беспомощным себя еще никогда не чувствовал. А трудно – трудно бывало порой так, что еле до раздевалки доходил. Зато после таких поединков и удовольствие особое испытываешь, мужчиной себя чувствуешь, С Аллофсом из «Кёльна» дуэль запомнилась. Скоростной, хитрый, с пушечным ударом. Приходилось все время на опережение действовать – когда он на ходу, с ним сложно бороться. А вот Степлтон из сборной Ирландии очень здорово мяч прикрывал. Но и у него слабинка нашлась – невысокая стартовая скорость. Но, пожалуй, самый неудобный для меня игрок был Сантильяна из мадридского «Реала». Ему мяч почти все время верхом посылали. Ох, и напрыгался я тогда! У меня чувство даже после матча появилось, что я только головой и играл.

– Спору нет, порой вам приходится нелегко, Но и вашим визави не позавидуешь – вы приверженец плотной, жесткой игры. Да и желтые карточки вам не в диковинку…

– В футболе столкновения и нарушения неизбежны. Но когда я иду в борьбу, для меня главное – чисто мяч отобрать. Поверьте, желания сыграть грубо, запугать соперника никогда не испытывал. Кстати, нападающий всегда чувствует, с какими мыслями защитник его атакует. Так вот, еще ни один из тех не отказывался пожать мне руку после игры. Что касается предупреждений, то карточка карточке рознь. Желтую карточку в матче со сборной Дании заработал у чужой штрафной. Меня часто спрашивают, какая надобность была нарушать правила так далеко от своих ворот? Согласен, никакой. Но то был игровой фол: как обычно атаковал в момент приема мяча и опоздал, датчанин уже прокинул мяч вперед и споткнулся о мою ногу. Есть такое понятие: стиль игры. Поймите, нельзя же, к примеру, до центральной линии играть цепко, жестко, а после того, как ее перешел, издали наблюдать, как твой нападающий принимает мяч…

– В матче СССР – Дания вы отличались не только страстью, но и – что удивило – постоянной активной игрой по всему полю. Похоже, пока это ваш лучший матч!

– По ходу игры так получалось, что я часто оказывался свободным, силы были, и я рискнул подключиться к атаке. О той игре хорошая память осталась. Но самые сильные ощущения, которые мне подарил футбол, испытал на поле в Бирмингеме, когда «Спартак» на последних минутах вырвал победу в Кубке УЕФА у «Астон Виллы». Пока для меня это эмоциональный пик. Словами ничего не объяснишь. Одно скажу: в ту минуту впервые гордость ощутил, что имею отношение к футболу. К советскому футболу.

– Испанский чемпионат мира вы наблюдали как телезритель. Как вы считаете, есть шанс у вас стать участником мирового первенства в Мексике!

– Скажу сначала о другом. Я считаю, что недооценка своих сил – беда нашего футбола. Надо знать себе цену. Это необходимо. Посмотрите: Дасаев, Чивадзе, Демьяненко, Черенков, Протасов, Блохин – во многих ли других сборных есть такой подбор футболистов высочайшего класса? Я и раньше считал, и сейчас уверен, что наша сборная способна обыграть любого соперника. Надо только верить в это и сражаться… Если посчастливится попасть на чемпионат мира, все сделаю, чтобы доказать, что я чужого места в футболе не занимаю.