Войти

Владимир Перетурин: Будьте здоровы, дорогие друзья!

«Московский спорт» 01.11.2011

Слушать Владимира Ивановича Перетурина – всегда интересно. Он ведь всегда при своем мнении. И мнение Перетурина, как правило, обосновано, выстрадано, продумано. Вот и послушаем…

О хорошем

– Наверное, надо признать, что наши команды стали лучше играть в международных соревнованиях. Это касается и сборных, и клубов. Мы стали выигрывать какие-то кубки, занимать какие-то призовые места. Больше стали показывать футбольных матчей по телевидению по разным каналам. И не только российских. Мы теперь видим и зарубежные чемпионаты. Имеем возможность сравнивать, чего раньше, к сожалению, не было. Если мы и смотрели какие-то большие соревнования, то, как говорится, по праздникам. Теперь праздник у нас практически каждый день. Но мы его уже не ощущаем и воспринимаем как должное.

О плохом

– Я пришел к выводу, что у нас неправильно расставляют акценты. Говорят, что главное – это счет, а остальное забывается. Я считаю, что все как раз наоборот. И футбол существует для зрителя. У нас средняя посещаемость арен – 13 тысяч. Это плохо, это очень плохо. Зрелище – вот что главное. Качество футбола, на мой взгляд, зависит от того, сколько зрителей на трибунах. Народ ходит на «Зенит», на «Спартак», на ЦСКА, на «Динамо». Это говорит о том, что некоторые команды прогрессируют. Но в целом наш футбол стоит на месте. Вы вспомните: «Манчестер Юнайтед» – лет тридцать мы видим – стопроцентная посещаемость!

Качество футбола – это зрелищность. Все никак наши начальники не поймут. И сейчас не понимают – очки, голы там… Никто не бьет тревогу, что нет зрителя!

О деньгах

– Когда я играл, зарплаты были у всех одинаковые, а премиальные разнились. И они прямиком зависели от посещаемости. Когда «Спартак» приезжал в Ленинград, где стотысячный стадион, Сергей Сальников говорил: «О, здесь мы получим по полной».

Если красно-белые выигрывали, то на руки давали по три тысячи! Если же мы побеждали, например, в Самаре при 15–20 тысячах на трибунах, могли получить по триста-четыреста рублей. Команды могли прогрессировать! Сейчас же – что ты выиграл, что ты проиграл – от этого ничего не зависит.

Мне не нравится, что футболисты получают громадные суммы. Как во многих зарубежных командах. Это необоснованно. На Западе разница между зарплатой футболиста и, допустим, простого учителя не очень велика. Ну там в 10–20 раз. У нас же – в сотни, тысячи раз! В стране, где большая часть населения живет, скажем так, не очень богато, нельзя платить так много. Не только футболистам, но и всем спортсменам. Мы не должны выделять спорт на фоне бедности большинства.

О честности

– При Вячеславе Колоскове я возглавлял комитет по связям с общественностью и честной игре. Меня сейчас там нет – и, собственно, комитета нет. Никому по-настоящему честная игра не нужна. В футбол пришли далекие от него люди. Поэтому в футболе мне многое непонятно. Про договорные матчи я не говорю. Их стало не меньше, а больше. Причем на всех уровнях. И с ними никто не борется. Как не вели борьбу, так и не ведут. Если только в низших лигах.

Но это – стрельба по воробьям. Все это мелочи, попытки признать, что проблема есть, но толком ее решать никто не хочет. Надо бороться с нарушениями в премьер-лиге.

Такого обилия договорных, нечестных матчей не было раньше. Да, они существовали всегда, но были единичны. И на каждом матче присутствует инспектор, который после игры выдает свой вердикт. За все время, с начала 70-х годов, лишь один человек написал, что в матче отсутствовала спортивная борьба. Это был замечательный тренер, у которого я играл в «Динамо», в дублирующем составе, – Михаил Иосифович Якушин. И чем все это закончилось? Тем, что его отстранили от инспектирования матчей. Вот борьба с негативными явлениями.

Что такое негативные явления? В том числе и драки на трибунах или на поле, это проявления расизма, мат-перемат. Как с этим бороться? Вынесенные решения должны быть адекватны нарушениям. Никакие денежные штрафы, игры при пустых трибунах не решат проблемы. Если за такие явления снимать по три очка с каждой команды, я уверен, мы забудем о том, что это такое! Болельщики и футболисты сто раз подумают!

О легионерах

– Много их очень… Из них только десять-пятнадцать играет прилично. Не надо нам посредственных игроков! У нас есть свои школы. Это те, кто должен играть за наши сборные. Вы понимаете, почему людей силком не затащить на трибуны? Вы покопайтесь в истории: в послевоенное время – битком стадионы! Кто такой воспитанник клуба? Это вот наш земляк. Мы рядом живем! Все знали их с младых ногтей, свои ребята. Вот это стремление создать интернациональный коллектив – в общем-то не очень оправданное. И денег не так много, покупают посредственных игроков. У нас талантливая молодежь, замечательные тренеры.

Вы знаете, сколько сейчас населения страны занимается футболом? Полтора миллиона! Раньше – десять. В Америке – для сравнения – пять миллионов! И ведь у них, кроме того, развиты хоккей, бейсбол, регби и многое другое. Они поняли, что футбол – самый доступный вид спорта, в котором любой человек имеет возможность добиться успеха. И при этом не нужно вкладывать особых средств.