Войти

Александр Скляров: «Нас болельщики уважают»

«Калининградский спорт» 22.12.2011

«КС» старается пристально следить за судьбой ветеранов «Балтики». Но вот, надо же такому случиться, мы «проспали» 40-летие одного из самых ярких футболистов команды сезона-1994, когда она впервые обратила на себя внимание всей страны – стала претендовать на путевку в высшую лигу. 18 ноября сорок лет исполнилось Александру Склярову!

В КОМАНДЕ МАСТЕРОВ ДЕБЮТИРОВАЛ В 16 ЛЕТ

– С опозданием, но все-таки поздравляем вас с 40-летием!

– Спасибо, лучше поздно, чем никогда.

– Расскажите о том, где выросли, где стали заниматься футболом.

– Родился и вырос в казахстанском Чимкенте. В нашем городе была футбольная команда «Мелиоратор». Звезд с неба она не хватала, но имела свой стиль, и болельщики ее любили. А местная группа подготовки ребят 1971 года рождения, в которой я занимался, считалась одной из сильнейших в республике. Мы даже алма-атинский спортинтернат обыгрывали!

Уже в 16 лет я дебютировал в команде мастеров. Помню, сижу на установке в раздевалке, зеваю, в окно смотрю. И, вдруг, слышу: «Скляров, выходишь в основе центральным опорным полузащитником». Я аж подпрыгнул! Но ничего, вышел, забил гол, команда победила 3:2. А за две минуты до финального свистка у меня обе ноги свело – в раздевалку на носилках унесли. «Старички» после матча заходят, обнимают и говорят: «Саня, молодец, футбольное крещение прошел».

Кстати, в «Мелиораторе» немало опытных футболистов завершали карьеру. Гладилин, Пехлеваниди – я многое от этих известных игроков почерпнул.

– Сразу стали играть в полузащите?

– По юношам играл в нападении, много голов забивал. А потом попал в команду мастеров. Я молодой, энергии – хоть отбавляй. Куда такого ставить? Конечно, туда, где надо много бегать. В итоге всю бровку закрывал – бегал от флажка до флажка.

ЗНАКОМЫЕ ОТГОВАРИВАЛИ ЕХАТЬ В КАЛИНИНГРАД

– Как оказались в «Балтике»?

– Меня в Калининград настойчиво звали еще летом 1993 года. Но я был на контракте в «Кайрате» – лучшей команде Казахстана. И руководство клуба не хотело никуда меня отпускать. Так что переход пришлось отложить до окончания сезона. В Алма-Ату в конце 1993 года прилетел тогдашний селекционер «Балтики» Станислав Ядров и забрал меня. Не скрою, очень хотелось поиграть в российском чемпионате, который в тот момент был на две головы выше казахского.

– Если бы вам сказали году этак в 1990-м о том, что променяете «Кайрат» на «Балтику», поверили бы?

– Конечно, нет! Мечта всей моей жизни – играть в «Кайрате», который входил в элиту советского футбола. О «Балтике» тогда даже не знал. Но Союз развалился, интерес к футболу в Казахстане угас…

– Калининград сильно отличался от казахстанских городов?

– Знакомые мне говорили: «Куда едешь? Это старый немецкий город, низкие дома, команда вообще живет в затрапезном общежитии». Но я почему-то решился приехать в Калининград. И вот, не поверите! Из аэропорта меня повезли маленькими улочками (Тельмана, Озерова) до Нарвской (там находилось общежитие хлебобулочного предприятия, где селили футболистов). И, вправду, кругом серость, неуютные старые обшарпанные дома. Елки-палки, думал, куда я попал?! Но вот наступил вечер, ко мне в комнату заходят два футболиста. Представляются – Андрей Кляшторный и Дмитрий Силин. Предлагают поближе познакомить с городом. Мы объехали весь центр, поужинали в ресторане «Бригантина», и я понял – Калининград не так уж и плох. А постепенно город и вовсе стал мне родным. Тем более, я видел, сколько положительных эмоций у болельщиков вызывала игра «Балтики».

– Сезон-1994 должен был стать для вас запоминающимся. Вы играли в основе, «Балтика» впервые с 1961 года боролась за путевку в высшую лигу отечественного чемпионата. И, вдруг, за пять туров до окончания первенства вы получаете травму…

– Да, 20 октября, «Балтика» встречалась с «Ростсельмашем». В середине игры я получил тяжелейшую травму – разрыв крестообразной связки и мениск. Неприятно то, что ростовчанин Балахнин, который меня травмировал, даже не извинился…

– «Балтика» в 1994 году остановилась в шаге от перехода в высшую лигу – уступила «Ростсельмашу» только по результатам личных игр. В следующем сезоне произошли изменения на тренерском мостике – команду возглавил Леонид Ткаченко. Только ли поэтому удалось завоевать путевку в элиту?

– Совокупность причин. Два основных соперника – «Черноморец» и «Ростсельмаш» – перешли в высшую лигу. Мы сами укрепили состав Низовцевым, Ролевичем и Марцуном, которые закрыли слабые места в составе. Не умаляю достоинств Леонида Ивановича Ткаченко, но тактически нам он ничего нового не дал. Зато встряхнуть умел лучше, чем кто-либо. Своими словами, киданием стаканов так заводил нас, что на поле выходили, как на последний бой. Но главная заслуга в успешном выступлении «Балтики» в середине 90-х годов, думаю, принадлежит все-таки Корнею Шперлингу. С разных уголков бывшего СССР он собрал футболистов, которые практически не были друг с другом знакомы. Слепил великолепную команду, в которой не было ни одного калининградца, кроме Вячеслава Никифорова, уже завершавшего карьеру. Корней Андреевич умел найти подход к каждому из нас. Беседовал один на один, никогда не повышал голос, работать с ним было очень приятно.

ЗА ТРИ ГОДА ПРОВЕЛ В «БАЛТИКЕ» ТРИ ИГРЫ

– Александр, после той, ростсельмашевской, травмы вы так и не восстановились. Почему?

– Профессора в Москве сказали, что все будет нормально. Сделали операцию. Я начал восстанавливаться. Даже пару раз на замену в 1995 году выходил… Но накануне сезона-1996 на сборах в Сочи произошла трагедия. Меня выпустили за 10 минут до окончания товарищеского матча, и я опять получил травму. После повторной операции восстанавливался 18 месяцев. Сначала ходить-то тяжело было. А знаете, что еще обидно? Что все несчастья случились в самый разгар карьеры. Мне было 23 года. Только играй и играй. И ведь до этого даже микротравмы меня стороной обходили!

– Не возникали мысли повесить бутсы на гвоздь?

– Духом никогда не падал. Притом что оказался в жуткой ситуации. Представьте, передо мной стоят 9 профессоров и выносят вердикт: «С футболом придется завязать». Я отвечаю: «Кроме футбола, в жизни ничего делать не могу. Вот моя нога, я вам, профессорам, доверяюсь целиком и полностью. Сделайте что угодно, лишь бы я снова вышел на поле». Они опять собрали консилиум, приняли решение делать две операции. В ЦИТО я два с половиной месяца в итоге пролежал!

– С 1995-го по 1997 год включительно вы провели в «Балтике» лишь три игры, в том числе – лишь 25 минут в рамках высшей лиги. Не было доверия со стороны Ткаченко?

– Еще раз скажу, я полтора года восстанавливался после травмы. Но на отсутствие доверия жаловаться не буду. Ткаченко говорил: «Восстанавливайся. Будешь сильнее, выйдешь на поле». Справедливо поступил, не «убивал», давал надежду… Но в «Балтику» тогда Васю Баранова пригласили. Тягаться с ним мне было тяжело. Он парень молодой и здоровый, а я после операции. В 1997 году Ткаченко при счете 3-0 выпустил меня на замену в игре с «КамАЗом». А я реальный момент тогда запорол – не попал в пустые ворота. Надо было в падении прострел замыкать. Признаюсь, испугался, побоялся что-нибудь порвать или потянуть на ноге. И не прыгнул… Забей тогда – еще неизвестно, как бы карьера сложилась. Тем не менее, я благодарен, что меня, фактически инвалида, не бросили, а ждали, когда восстановлюсь, выплачивали зарплату. Мне было на что жить, на паперти не стоял. А ведь «одноногий» футболист – балласт, он мало кому нужен. Какой смысл платить деньги человеку, который не приносит пользы? Но со мной в «Балтике» поступили порядочно. Все видели, что я тяжелейшую травму получил на поле, а не в пивной или на рынке. Отнеслись с пониманием. Насколько я знаю, существует неписаное правило: если футболист ломается на поле, его не бросают. Хотя сейчас об этом как-то стали забывать, все экономят деньги.

ЗЕЛЬКЯВИЧЮС В КОМАНДУ НЕ ВЗЯЛ

– В разгар сезона-1997 вы покинули Калининград. Как можно охарактеризовать те три сезона, проведенные до повторного возвращения в «Балтику»?

– Я понимал, что в основной состав мне не пробиться, а хотелось играть. В середине сезо-на-1997 отправился в димитровградскую «Ладу». Следующие полгода провел в «Уралмаше», потом вернулся в Казахстан. У себя на родине выступал за «Кайсар» и «Синтез». Было неплохо, все-таки высшая лига. Уровень повыше, чем во второй российской. Но все равно тянуло в Калининград. Вернулся в «Балтику» в 2000 году. У меня же супруга здесь осталась, дочь училась в 49-м лицее.

– Почему все-таки приняли решение перебраться на постоянное место жительство из Казахстана в Калининград?

– Такое решение было принято еще в 1996 году, когда я получил вторую травму. С женой посовещались и решили – будь что будет, но останемся в Калининграде.

– Какое у вас гражданство?

– Российское, в 1994 году паспорт получил.

– В 2000-м году вы вернулись в «Балтику». Кто пригласил?

– Руководитель клуба Дмитрий Чепель и главный тренер команды Виктор Карман. В общем-то сезон получился неплохим. Мы заняли место в середине таблицы, сохранили прописку в первом дивизионе. Но финансовое положение команды было нестабильным, поэтому после стартовой игры первенства-2001, я вернулся в Казахстан, в Актюбинск, где предложили неплохие финансовые условия.

– В вашем послужном списке белым пятном зияет 2002-й год. Почему не выступали за профессиональные клубы?

– Должен был снова играть в «Балтике», прошел с командой три предсезонных сбора. Но, когда оставалось 18 дней до начала первенства, мне вдруг объявили, что я не нужен. Мол, возрастной игрок… Обидно, что поздно сказали. Найти нормальный клуб за короткий срок практически невозможно. Мне же здесь очень хотелось остаться. Несколько матчей провел за Черняховский «Прогресс» в чемпионате области, потом уехал в Казахстан, где целый год занимался бизнесом.

– Каким?

– У меня была туристическая фирма. Имел большой комфортабельный автобус, который курсировал по маршруту Чимкент – Алма-Ата. Как только все наладил, снова занялся поисками команды. Провел пару сезонов в казахстанской высшей лиге, после чего принял кардинальное решение «завязать» с профессиональным футболом и окончательно перебрался в янтарный край.

ИГРАЛ В ФУТБОЛ, ПОТОМ ЛОВИЛ КОНТРАБАНДИСТОВ

– Чем стали заниматься?

– Вячеслав Вацлавович Болт предложил работать в таможне. Он курировал спорт и при непосредственном участии начальника – Виктора Анатольевича Борисенко – создавал футбольную команду. Шесть лет я отработал в оперативной смене в торговом порту, параллельно играя в футбол.

– Контрабандистов ловили?

– Большие корабли, как города, самому найти там что-то практически невозможно – как иголку искать в стоге сена. Поэтому незаконные грузы выявляли только по предварительной информации. Я лично однажды нашел 250 коробок контрабандных сигарет.

– Не сложно было переквалифицироваться с футбола на дела таможенные?

– Мне было интересно начать, по сути, новую жизнь. Понимал, что профессиональными тренерами становятся единицы из числа бывших футболистов, а «волосатой руки» у меня не было. Как кормить семью? Кем дальше двигаться по жизни? Тут и пригодились знания и любознательность. Ведь в школе я хорошо учился – на «четверки» и «пятерки». Кстати, дочка в меня пошла – с золотой медалью окончила 49-й лицей, а сейчас успешно учится в престижной медицинской академии в Санкт-Петербурге – самом престижном медицинском вузе страны.

– За выступлениями «Балтики» следите?

– Безусловно. В этом году, думал, после неудачного старта на команде можно поставить крест – ни очков, ни игры. Но она потом 6-матчевую беспроигрышную серию выдала, причем четыре игры на выезде провела. Но все равно, не увидел я искорки в глазах ребят, не было сплоченного коллектива. Игра «Балтики» не затрагивала душу болельщиков, не вызывала стольких эмоций и ажиотажа, как в 90-е. Это касается не только нынешнего сезона, но и последних нескольких лет. Тренеры и игроки меняются, а результата все нет и нет.

– Зато в тренерский штаб команды вошли ваши бывшие партнеры по «Балтике» – Александр Горбачев и Максим Низовцев.

– Искренне переживаю за них и желаю им только удачи. Максим вообще – мой близкий друг. Мы же почти сверстники, оба с Казахстана!

– И судьба футбольная у вас схожая: на пике карьеры он, как и вы, получил тяжелейшую травму и не смог вернуться на прежний уровень игры…

– Да, что поделаешь – судьба. Максим является настоящим фанатом футбола, ходячей энциклопедией. Сколько лет я говорил руководителям «Балтики»: «Возьмите Низовцева в тренерский штаб, дайте человеку поработать, он принесет пользу». Я вообще считаю, что надо больше доверять молодым местным тренерам. Они будут работать с душой, не станут бояться брать на вооружение современные методики, в отличие от «закостенелых» возрастных специалистов.

ВМЕСТО КВАРТИРЫ – ТЕЛЕВИЗОР

– Чужие деньги считать не принято, но не обидно видеть, что нынешние игроки «Балтики» получают в разы большие зарплаты, чем ваше поколение?

– Знаете, что в 1995 году нам вручили после завоевания путевки в высшую лигу?

– Наверное, по машине или по квартире?

– Нет, по телевизору-видеодвойке! И мы не роптали, не устраивали скандалы. Зато сейчас нам есть, что вспомнить, и болельщики нас до сих пор помнят и уважают. Это дороже любых денег!

– И последний вопрос: сейчас, с высоты прожитых лет, не обидно, что не удалось заиграть на самом высоком уровне?

– Да. Жаль, что все так получилось. В 1994 году на меня обращали внимание селекционеры ведущих московских клубов, открывались блестящие футбольные перспективы. И в один момент все оборвалось.