Войти

Юрий Усенко – легендарный и живой

«Футбол-Хоккей в Томске» 13.09.2012

Сегодняшнее интервью с основателем и первым тренером томской команды мастеров Юрием Леонидовичем Усенко – это своеобразная сенсация для истории томского футбола. Дело в том, что следы этого легендарного для Томска футболиста и тренера затерялись после того, как он уехал в Ташкент 40 лет назад. И вот с помощью другого легендарного футболиста – Ивана Максимовича Иценко – удалось найти координаты Усенко, которого некоторые уже даже успели похоронить, и связаться с ним по телефону. Юрию Леонидовичу в этом году исполнилось 85 лет. Но он с удовольствием работает в своем саду, возится сейчас с виноградом. Он с волнением говорил о томском футболе, горячо расспрашивал о «Томи», за которую он болеет. Ну и конечно передавал большой привет всем футбольным людям, с которыми был связан в Томске. Надеемся, что это интервью и наше дальнейшее общение с Юрием Леонидовичем (он обещал помочь и с редкими фотографиями тех лет) поможет ликвидировать многие белые пятна в истории нашего футбола. Ну а читателям просто будет интересен этот разговор с одним из последних и значительных могикан той замечательной эпохи 1945–1970 годов.

Тренер с юных лет

– Юрий Леонидович, давайте начнем с самого начала, а то у нас даже нет точной даты вашего рождения. Итак, дата и место рождения?

– Я родился 23 апреля 1927 года в Туркестане, ныне это территория Казахстана.

– А как попали в Томск?

– Отец у меня был военный, и во время войны его перевели в Томск. Я здесь закончил железнодорожный техникум, а потом, в 1953 году – институт.

– А когда начали играть в футбол?

– Всерьез начал играть, когда учился в техникуме. Тогда ведь была война, не до футбола было. И в Томске в футбол никто не играл. Можно сказать, что игровой практики почти не было. А вот кончилась война – и зашевелились. Начались футбольные матчи, появились неплохие команды – «Динамо», «Торпедо», «Наука». Я еще во время войны начал заниматься футболом, наверное, как-то проявил себя, и меня вскоре пригласили в команду «Торпедо».

– Я читал воспоминания Бориса Александровича Хохлова, вашего партнера по послевоенным командам. И он пишет, что в 1946–1947 годах вы были играющим тренером команды «Локомотив-2». Хотя тогда, получается, вам было всего 19-20 лет.

– Да, это было. «Локомотив» – команда института железнодорожного транспорта. Он назывался тогда ТЭМИИТ. Я там проучился 2 курса и возглавлял «Локомотив». Но потом открылся в Томске институт физкультуры (педагогический институт), и я перешел туда.

– То есть, тяга к тренерству у вас была практически с юношеских лет?

– Действительно, уже тогда определился с профессией. Футбол – мое главное дело.

– А кем вы были на поле по амплуа?

– Я играл во всех линиях, начинал в нападении, играл правого края. Потом переместился на позицию центрального полузащитника. А в томской команде мастеров играл уже центрального защитника.

– Я смотрел по газетам, что вы играли за Томск в междугородних матчах еще до команды мастеров.

– Да, у нас были томские команды, которые выступали на первенстве РСФСР – «Динамо» и «Торпедо». И мне довелось поиграть и за ту, и за другую команду.

– Вместе с вратарем Кокой Карташовым играли?

– Да-да, с Кокой. Он живой? Передайте ему огромный привет! Вообще, после окончания Физкультурного института меня направили в Политехнический институт. Там был Васадзе Ахмед Дурсунович. Мы с ним вместе работали, тренировали студенческую команду «Наука». Она, кстати, тоже играла на первенство РСФСР.

– Да-да, Васадзе – известный был в то время человек в Томске, но потом он уехал, кажется, в Ленинград?

– Он работал под Ленинградом, в городе Пушкин, директором ДЮСШ. Я к нему не раз приезжал, и он ко мне сюда, в Ташкент, наведывался. В «Науке» и началась, наверное, серьезная тренерская работа. И одновременно продолжал еще играть в футбол.

Сибирская сенсация и команда мастеров

– Юрий Леонидович, а почему переквалифицировались из нападающего в защитника?

– Так получилось. И для команды был необходим опытный игрок в центре защиты. Мы играли в паре с Геной Ращупкиным. Он – переднего центрального, а я – оттянутого.

– А как получилось, что вас вскоре после «Науки» назначили тренером сборной области?

– Это было решение Валентины Кондратьевны Крюковой, которая возглавляла тогда областной спорткомитет. Она меня официальным приказом Облисполкома перевела из политехнического института на должность председателя Федерации футбола ДСО «Труд» (от редакции: в ДСО «Труд» входили все промышленные предприятия Томской области). И мне поручено было заниматься формированием сборной области. До этого обычно играла на первенство РСФСР одна команда, которая усиливалась двумя-тремя футболистами. А теперь мы уже набирали ребят из разных команд, вместе тренировались, готовились. В этом же примерно составе мы стали играть и среди команд мастеров в классе «Б» в 1957 году. А потом нас передали заводу «Сибэлектромотор», затем – на подшипниковый завод ГПЗ-5, и мы уже стали «Торпедо». А еще позже команду мастеров передали тресту «Томлес», начальником которого был Губинский.

– Но это уже было позднее. А я хотел спросить вас про 1956 год, когда Томск выиграл первенство Сибири.

– У нас тогда была финальная игра с Омском, играли в Новосибирске по снегу. И мы выиграли этот матч и Кубок Сибири. Однако когда мы приехали в Грозный на финальную пульку, то оказалось, что омичи тоже прилетели, и их также допустили к турниру.

– Там ведь был какой-то скандал по поводу матча в Новосибирске? Гол томичей сначала не засчитали, потом засчитали… Какие-то легенды ходят. Мол, Валентина Кондратьевна Крюкова, решительная женщина, в перерыве пришла в судейскую и заставила арбитров засчитать гол. И после перерыва Омску сказали, что счет уже другой.

– Нет-нет. Слушайте меня внимательно. В тот день в Новосибирске был сильный снег. И расчищая вратарскую, скатали большой ком снега, закатили его в угол ворот. Представляете, мяч после нашего удара попадает в этот ком и отскакивает в поле. Один судья гол засчитывает, другой – нет. И начались споры. Вот тут действительно вмешалась Крюкова, и гол засчитали. Но засчитали его сразу, а не после перерыва. Хотя шум и гам был, конечно, большой.

– Расскажите о финальной пульке в Грозном. Там ведь собрались сильнейшие так называемые любительские команды со всей Российской Федерации?

– На самом деле, хоть мы и опасались, там были команды достаточно средние. Были, правда, сильные армейцы Ростова, которые вскоре попали в высшую лигу.

– Но томичи, кстати, у ростовчан выиграли на турнире.

– Да, нам удалось победить. Была еще довольно сильная команда у хозяев турнира, у Грозного. В остальном это были команды нашего уровня.

– А почему же вы тогда так крупно проиграли 1:7 команде кировского «Динамо»?

– Вот как получилось. Мы играем с Кировом, а у нас в воротах стоял Коля Сорокин, очень приличный вратарь. И ему во время матча ломают руку. Мы собираемся ставить второго вратаря, а он наотрез отказывается. Приходится Коле вставать с поврежденной рукой. Но естественно, он уже не мог так надежно защищать ворота.

– А в целом томская команда произвела там хорошее впечатление? Говорят, томичи получили приз самой техничной команды финала, и несколько игроков были включены в сборную РСФСР?

– Да, действительно, впечатление мы там произвели. Но тут надо сделать небольшое отступление. В те годы под Томском началась большая стройка – строили оборонное предприятие, Сибирской Химический комбинат. И военными строителями командовал подполковник Примин, большой любитель футбола. Он набирал в свои войска хороших футболистов-призывников буквально со всего Союза. Так к нему в команду ГДО попали Коля Козлов, Коля Тараканов и другие хорошие игроки, в основном из Подмосковья. Команда ГДО сильно играла на первенство области, в чемпионате Вооруженных Сил. К этой команде подключили из Томска нас троих – меня, правого защитника Суханова и еще кого-то. Так, на базе ГДО была создана команда, которая и поехала в Грозный. Мы очень серьезно работали, ребят с почтового привозили в Томск, и мы вместе тренировались. Эта команда играла очень неплохо, технично и красиво.

– А за счет чего, на ваш взгляд, в 1957 году Томску дали право выступать в классе «Б»?

– За счет показателей нашей команды в Грозном и благодаря ходатайству руководства области. Был тогда первый секретарь Томского обкома КПСС Москвин.

– Это на дочке которого женился центральный защитник «Науки» Анатолий Селезов, и после свадьбы Москвин запретил ему играть в футбол?

– Да-да, был такой любопытный факт. Но зятю он запретил, а томскому футболу помог. И нам дали класс «Б».

У нас была хорошая разведка

– И как смотрелась томская команда в Сибирско-Дальневосточной зоне?

– У нас была очень хорошо налажена работа разведки. Тогда ведь ни телетрансляций, ни видеозаписей не было. Но у меня были очень хорошие связи по Сибири. Узнавали о соперниках по разговорам тех, кто играл против них или видел их матчи. У меня была целая картотека на каждую команду – положительные и отрицательные качества их игры. Иногда я даже выезжал на матчи других команд. А потом уже как тренер, исходя из всех данных, разрабатывал стратегию и тактику на предстоящий матч.

– Томичи выигрывали бронзу и серебро Сибирско-Дальневосточной зоны, были буквально в одном шаге от финальной пульки класса «Б», где разыгрывались путевки в высшую лигу. За счет каких игровых качеств томичи стали одним из лидеров зоны?

– Очень хорош был тогда Коля Козлов, очень силен. Вокруг него во многом и строилась игра команды. Был еще очень полезен на поле полузащитник Саша Сидоров из Подмосковья. Таким же техничным был правый инсайд Борис Петров. В центре нападения очень прилично играл Коля Тараканов. Братья Ченцовы из томского футбола тоже очень пришлись ко двору, обостряли атаку. В воротах играл Николай Сорокин и защищал их очень неплохо. Особенно хорошо он играл на выходах. Не случайно он был после этого сезона приглашен в ЦСКА, а потом играл в других клубах высшей лиги. Ну и мы, защитники, старались, чтобы команда поменьше пропускала. Хотя нашим коньком была атака.

– Были в эти годы еще знаменитые кубковые баталии с киевским «Динамо» и московским «Торпедо»…

– С киевским «Динамо» мы играли на равных, но наверное больше хотели победить, поэтому выиграли 1:0. Вели мы в счете и с московским «Торпедо», играли даже лучше, чем с Киевом. По крайней мере, тренер торпедовцев Виктор Маслов хвалил томскую команду, несмотря на наше поражение. А наутро у нас пропал лучший форвард Анатолий Ченцов. Кстати, потом торпедовцы увезли у нас и Валерия Боровика. Между прочим, с торпедовцами мы играли два матча – сначала официальный, а на следующий день товарищеский, который закончился вничью.

– Почему здорово играли с высшей лигой, а в своей зоне скатились в середнячки?

– Потому что у нас начались проблемы. И с финансами, и состав «раскачался». Некоторые ребята отслужили и поехали по домам. Надо было искать замены. Я помню, ездил даже в военную часть в Итатку и там договаривался насчет одного солдата-полузащиника. Вообще, приближалась смена поколений, побед стало значительно меньше.

– И поэтому вам на смену пригласили приезжих тренеров Сергеева и Паршина?

– Да, после этих неудач меня сняли и пригласили Сергеева и Паршина, но они лишь один удачный год провели, а потом опять вниз все покатилось. И меня снова пригласили в команду. Кстати, мне довелось потом видеть Паршина на финальной пульке России в Липецке. Он просил взять его в команду вторым тренером, но я сказал, что у меня уже есть помощник – Бобин Сергей Васильевич. Больше Паршина встречать не доводилось, а судьба Сергеева мне и вовсе неизвестна.

Похищение лидеров и смена поколений

– Юрий Леонидович, но ведь следующий период – 1962-63 годы – были тоже не самыми лучшими?

– Да, у нас началась смена поколений, самое тяжелое время было. У нас ведь тогда Алма-Ата похитила трех лучших футболистов – братьев Ченцовых и Генриха Чепкасова. Прямо ночью увезли с тренировочной базы. Мне наутро доложили, что их увезли на такси и на поезде – в «Кайрат». Я потом в Москве встретил их тренера Келлера – душу отвел, высказал ему все, что думал. Но было уже поздно. А без лидеров, без опытных игроков было тяжело. Хотя пришли неплохие молодые ребята. Тот же Ваня Иценко. Но заиграл-то он попозже, а очки нам были нужны сейчас.

– И в этот момент вновь обратили взоры на приезжих специалистов? Команду тогда возглавил тренер Тер-Маркаров, футбольный специалист из Баку. Что вы можете сказать о его профессиональных качествах, насколько он был сильным тренером?

– Тер-Маркаров – это был специалист западной школы. Он стал перестраивать команду на более современную тактику. А главное, он привез с собой футболистов, вокруг которых строилась игра – центрального защитника Зураба Микучадзе, центрального полузащитника Тониянца, совсем молодого, но талантливого форварда Арифа Абасова. Тер-Маркаров повез команду на сборы в Баку, и мы там очень неплохо поработали. Особенно над физикой. Много занятий было на песке, а это дополнительные нагрузки. И состояние у команды после сборов было неплохое. Тер-Маркаров пригласил меня работать: «Давай, – говорит, – помогай». И я согласился. Доводилось бывать у него дома, познакомился с семьей, с друзьями. Футбольные связи у Тер-Маркарова были просто обширные… Ну и хотел бы отметить, что председателем завкома на ГПЗ-5, куда передали нашу команду, был Иван Никитович Кравцов. Он много сделал как игрок и тренер для томского футбола в конце 40-х и в 50-е годы. А тут помогал и заботился о команде мастеров томского «Торпедо».

Китайская лихорадка

– Юрий Леонидович, я упустил из виду один важный для истории томского футбола момент – первую международную поездку в Китай. Есть даже версия, что вы, хоть и были уже тогда наставником команды (а не играющим тренером, как в 57-м году), вышли на поле в одном из китайских матчей.

– Поездка в Китай – это было памятное событие, но к сожалению, мы поехали туда осенью 59-го года не в сильнейшем составе. Дело в том, что до этого мы пригласили в команду хорошего центрального нападающего из Омска, который нас прежде громил, забивал голы. Но ему не дали визу в Китай. Потом еще центрального защитника Чепкасова, так как он служил на почтовом, тоже не пустили. И мы отправились ослабленным составом. Помимо футболистов, поехали в поездку Валентина Кондратьевна Крюкова, представитель МВД и председатель Федерации футбола Окишев, а также начальник команды – инженер с «Сибэлектромотора». Приехали мы в Китай, распределились, разместились – все, вроде, хорошо. Первую игру сыграли неплохо – вничью, кажется. Потом поехали в Пекин и играли с чемпионом Китая. И где-то в поездке Коля Козлов подхватил лихорадку. Ему поставили прививку, но Коля заболел. Еще кто-то не смог играть, и мне пришлось на последнюю игру выходить центральным защитником. А играли мы с молодежной сборной Китая на самом юге страны. И мне во время матча разбили голову. Ну, ничего, перемотали, замотали как-то, но главное, что мы сыграли все-таки вничью. Вот такая поездка была своеобразная.

– Вернемся к томскому «Торпедо». Команда пробилась в класс «А», и как ей пришлось на другом, более высоком уровне?

– Все усилились немного, и мы усилились. Я вспоминаю, что мы играли на равных, но очень многое в те годы зависело от судейства. Поэтому серьезных успехов и побед у нас не было. Я, кстати, вспоминаю один такой случай, когда полетели мы в Комсомольск-на-Амуре на кубковый матч. Арбитром был мичман из Владивостока. И вот он нам назначает 11-метровый удар и заодно Сашу Сидорова удаляет. Причем, абсолютно на ровном месте. Тут начались споры, «торговля». В итоге мы добились, что он Сашу Сидорова оставил на поле, а пенальти хозяева неожиданно промазали. И мы в итоге выиграли этот труднейший матч после такого скандала. Но ведь такие счастливые случаи бывают крайне редко.

– Юрий Леонидович, все не решаюсь спросить вас про эту историю, из-за которой руководство клуба попало тогда на скамейку подсудимых. Я знаю, что ребята к вам потом ездили, какие-то передачи передавали.

– А история была такая. Мы сыграли две игры, а деньги за билеты не сдавали – чтобы были средства на судей – тогда без этого никак нельзя было. А секретарь томского обкома тогда был уже Лигачев. И он сказал: «Мне футбол не нужен, мне лыжи нужны». В общем, в итоге нас подставили, и Тер-Маркаров, я, администратор команды попали на скамью подсудимых. Потом эту историю замяли, восстановили все как положено, но я не смог уже в Томске оставаться – уехал в Ташкент.

– Из-за этой истории?

– Конечно. А как мне еще было поступить? Хотя у меня была хорошая работа. Я по конкурсу прошел в педагогический институт, мог преподавать и тренировать. Но посмотрел-посмотрел, и уехал в Ташкент.

– Юрий Леонидович, расскажите, как сложился ташкентский период вашей жизни?

– Меня встретили очень хорошо, назначили старшим тренером команды «Старт» авиационного завода. Это было предприятие союзного масштаба, работало на всю страну. Но потом наступили другие времена, завод закрыли, а я перешел работать завучем в местный футбольный интернат. Работал здесь до 2009 года, воспитывал молодых футболистов.

– Да, в Интернете есть рассказы о том, как вы успешно работали, стали известным детским тренером.

– Могу сказать, что к изданию готовится книга, где рассказывается о моей тренерской работе, в том числе в команде «Старт». Забрали у меня для книги многие фотографии, какие-то данные, теперь жду, когда книга выйдет в свет.

– А в Томске после отъезда в Ташкент вы еще бывали?

– Один разок. Мы тогда выиграли первый круг первенства города, и во время перерыва нас командировали на товарищеский матч в Новосибирск. Там ведь тоже было крупное авиапредприятие. В Новосибирске я сел на самолет и прилетел в Томск. Мне туда надо было, чтобы оформить документы по разводу с женой. Прилетел, развелся и улетел. Такая вот поездка в Томск. Мне ведь в Ташкенте дали трехкомнатную квартиру. Я перевез сюда из Томска семью. Но жене здесь очень не понравилось. У нас тогда овчарка была – Рона. Вот жена и заладила: «Ронке здесь жарко, молоко тут разбавляют, в магазинах обсчитывают – жить здесь не буду». Собралась и уехала обратно. Вот такое дело. Но у меня отношения с дочерьми остались нормальные, они ко мне сюда приезжали – переписываемся, перезваниваемся.

– А какое отношение к городу Томску?

– Томск я люблю, за «Томью» слежу. В прошлом году, да и раньше, смотрел все репортажи с участием «Томи». Здесь у нас хорошее цифровое телевидение. Теперь смотрю и первую лигу. Правда, «Томь» на российском канале показывают нечасто. Смотрю и другие команды, и, кстати, у меня создалось впечатление, что «Урал» и «Ротор» тянут за уши в высшую лигу – уж очень им судьи помогают.

– Юрий Леонидович, я слышал, что Иван Максимович Иценко хочет пригласить вас в Томск. Приедете?

– Да, он мне звонил, говорил об этом, но даже не знаю. Раньше, когда я работал, то было проще – можно было командировку оформить. А как это сделать сейчас?

– Думаю, что это не такая уж проблема. Главное, чтобы здоровье было в порядке. Как вы себя сейчас чувствуете?

– Прекрасно. Мне 85 лет, и я чувствую себя замечательно. Ничего особо не болит, занимаюсь садом. Сейчас вот переговорю с вами и полезу виноград снимать на вино.

– Это действительно замечательно. Юрий Леонидович, а сможете помочь нам в ликвидации белых пятен в истории томского футбола? И с фотографиями какими-нибудь редкими. Ведь у вас такие наверняка имеются?

– Да, фотографии у меня есть, правда, сейчас, как я говорил, многие из них забрали для книги, потому что там пойдет речь и о томском периоде, и о тренерстве в «Старте». Но кое-что осталось, и я, конечно, помогу, чем смогу.

– Хотелось бы через вас, может быть, разыскать кого-то из ребят той первой команды, чьи следы затерялись. Например, ничего не знаем про Николая Сорокина, голкипера томской команды. Он ведь завершал свою футбольную карьеру в Ленинграде?

– Да, сначала его взяли в ЦСКА. И когда я был в Москве, он меня нашел и пригласил на тренировку. Было это давным-давно, и в ЦСКА тогда работал тренером знаменитый Всеволод Бобров. Мне удалось посмотреть одну его тренировку. Потом Коля Сорокин уехал в ленинградское «Динамо», тоже играл в высшей лиге. И когда я приезжал в Ленинград – в гости к Ахмеду Дурсуновичу Васадзе, тоже бывшему томичу, о котором я уже рассказывал. Васадзе мне помогал с футбольной формой. Там у них тогда хорошая фабрика была. Так вот, Коля Сорокин меня и в Ленинграде нашел. Мы с ним там общались. Знаю, что он в Ленинграде женился, получил однокомнатную квартиру, но потом наша связь оборвалась. Кстати, Коля Сорокин по первой специальности – штукатур. И он у меня на прежней квартире, на Московском тракте, сделал полный ремонт. Руки у него отличные были. Ну и в воротах, конечно, здорово играл. К тому же, трудяга, на тренировках вкалывал по полной программе. Даже помню, зимой они приезжали с почтового на тренировки в Томск, он прыгал и лазил по грудь в снегу, но – ничего, терпел.

– Юрий Леонидович, когда у Томска была самая сильная команда в те годы?

– Очень приличная была команда по составу, когда мы играли с Киевом и ездили в Китай. Тем более, что потом мы привезли хорошего центрфорварда Костякова из Омска. Ну и когда Тер-Маркаров привез четверых квалифицированных игроков – тоже сформировалась сильная команда. Не случайно тогда взяли второе место в зоне, а потом получили право играть в классе «А». Двое из них – Зураб Микучадзе и Фадик Тониянц – приезжали ко мне в гости в Ташкент. А вообще я считаю, что Томск – это футбольный город, и у нас многие годы была неплохая команда. Поэтому я рад, что традиции поддерживаются, и Томск – это сейчас сильная величина в российском футболе.