Аскар Кожабергенов: О себе и о футболе

sports.kz 19.10.2012
Аскар Кожабергенов вспомнил много интересного
 

В каком сложном положении находится сейчас каскеленский «Сункар» объяснять не надо. В такие дни хочется поддержать наставника клуба. Читайте интервью, записанное в марте этого года, с Аскаром Кожабергеновым — защитником алматинского «Кайрата», капитаном сборной Казахстана в первом в истории национальной команды матче, а впоследствии и её тренером. Работал Кожабергенов и со многими казахстанскими клубами. Аскар Сейдахметович рассказывает о себе.

— Родился и вырос я в посёлке Амангельды, который находится в сорока километрах от Талдыкоргана. В советские времена там был крепкий совхоз. Мой отец Сейдахмает Баймырзаулы был в нём главным бухгалтером, и мама Елюбала Алпысовна работала в том же совхозе. В семье нашей шестеро детей, я — средний из братьев и сестёр.

Тянулся за братом


— Со спортом дружили с детства?

— Да, в то время это было обычным явлением. Летом играли в футбол и баскетбол, занимались и лёгкой атлетикой, а зимой были лыжи и хоккей. Я всегда тянулся за старшим братом Сагындыком, который неплохо играл в футбол. После восьмого класса отец повёз меня в Алма-Ату, где шёл набор в знаменитый интернат, что на углу улиц Тимирязева и Байзакова, в котором воспитано множество известных в Казахстане футболистов. Я прошёл отбор и был зачислен.

С благодарностью о наставниках


— Удивительно, ведь вы не занимались футболом с тренерами, а конкуренция за право попадания в ту школу-интернат была серьёзная! Чем приглянулись?
— Не знаю, об этом лучше спросить моих наставников (улыбается). Старшим тренером тогда, в 1980 году, был Евгений Иванович Кузнецов, а попал я в группу к Александру Николаевичу Жуйкову и Талгату Альмухамедовичу Нурмагамбетову. Своим наставникам я очень благодарен не только за то, что они мне дали в футболе, но и за жизненные уроки. Желания у меня было хоть отбавляй, и уже в 10-ом классе, а это был 1982 год, попал в дубль «Кайрата». Пробиться в основной состав мне, совсем ещё юному, было практически нереально — конкуренция в лучшем клубе Казахстана была высочайшая. А за дубль играл регулярно. Однако в 1982 году «Кайрат» вылетел из высшей лиги, а в первой дубля уже не предусмотрено. В 1983 году я перешёл в другую алматинскую команду — СКИФ, где главный тренер Лев Борисович Каретников окончательно переквалифицировал меня в защитника. Не секрет, что в юности всем хочется играть впереди и забивать.

Позиции на поле менял


— Но и ваш первый тренер — Александр Жуйков, в прошлом прекрасный защитник «Кайрата», тоже посодействовал тому, что вы играли в обороне?

— Действительно, Александр Николаевич многому научил, но и в школе, и за дубль «Кайрата» я ещё играл и правого полузащитника. Осенью 1983 года меня призвали в армию. Наверное, если бы я остался в «Кайрате», то всё сложилось бы по-другому. А так два года я прослужил в Группе советских войск в Германии.

— В армии было не до футбола?
— Боевая подготовка, конечно, стояла на первом месте, но и поиграть удалось. В командах из ГДР, даже в низших дивизионах, допускалось участие трёх легионеров. Прапорщик из нашей части уже играл в клубе из городка Нидергерсдорф, и порекомендовал меня. Поскольку матчи проходили по воскресеньям, то удавалось совмещать футбол и службу. В этом мне, считаю, повезло, без любимой игры не остался и в армии. Демобилизовавшись, я опять пришёл в СКИФ, где Каретников вновь изменил моё амплуа — я стал уже центральным защитником. А в 1987 году Тимур Санжарович Сегизбаев пригласил меня в «Кайрат». Однако закрепиться в основе опять не удалось. Сезон 1988 года провёл уже в карагандинском «Шахтёре». Но из этого клуба пришлось уйти.

Как стал капитаном и забивал голы


— Почему?
— Я уже женился, и мне пообещали квартиру в Талды-Кургане, потому я и перешёл в «Жетысу». Клуб выступал во второй лиге, и звёзд с неба, конечно, не хватал, но я играл в родном городе и уделял время семье. Зато амбициозный тренерский дуэт Курбан Бердыев — Воит Талгаев хотел решать серьёзные задачи в «Химике», и в 1990 году они пригласили меня в Джамбул. Однако в середине сезона меня вновь вызвал в «Кайрат» Сегизбаев. Вот тогда я и заиграл в основном составе. Год спустя, уже выводил команду на поле с капитанской повязкой. Выступали мы в первой лиге чемпионата СССР.

— Болельщики со стажем помнят и ваши голы. Особенно красивым получился один из них — в ворота рижской «Даугавы»…

— Да, забил я головой, а выиграли мы тогда с крупным счётом 5:0. К атакам я подключался уже регулярно, и на моём счету в том чемпионате пять голов.

— Затем последовал развал СССР, и в 1992 году состоялся первый чемпионат Казахстана. Его «Кайрат» выиграл легко?
— Конечно, с такими мастерами в составе, как Вахид Масудов, Сергей Волгин и другие, мы просто обязаны были обыгрывать любую команду. «Кайрату» в Казахстане в то время не было равных. Мы сделали золотой дубль.

— В том же 1992 году вы сыграли и первый матч в составе сборной Казахстана, причём вывели команду на поле с капитанской повязкой. Важность исторического момента ощущали?
— Может быть, не до конца. Однако хорошо помню, когда перед началом встречи со сборной Туркменистана на Центральном стадионе Алматы под звуки государственного гимна я поднимал флаг, то гордость и волнение, конечно чувствовал. Особенно потому, что на трибуне в числе других болельщиков сидел и мой отец. Его мнение всегда очень многое значило для меня. Перед принятием важных решений, как правило, я советуюсь с отцом. Именно благодаря ему я и стал футболистом. Помню, как отец возил меня, совсем маленького, на матчи «Кайрата». Яркие детские впечатления из памяти не вычеркнешь. В 1973 году в случае ничейного результата в чемпионате СССР пробивали серию пенальти. Не забуду матч с ташкентским «Пахтакором» и то, как отражал пенальти Куралбек Ордабаев. Год спустя видел самую красивую победу «Кайрата» — 5:0 с таким счётом наши выиграли у тбилисского «Динамо». А три гола Анатолия Ионкина и два Владимира Чеботарёва — разве такое забудешь?! И когда я сам стал капитаном «Кайрата» и национальной сборной, в момент поднятия государственного флага эти детские воспоминания нахлынули…

Кумирами были Байшаков и Чивадзе


— А кумир в том «Кайрате» у вас был?
— Да, это Сеильда Байшаков. Игру Александра Жуйкова я в силу возраста не помню, а действия Байшакова на поле восхищали, недаром он получил вызов в сборную СССР. Когда в 1980 году мне в интернате сказали ехать на базу «Кайрата» и готовиться к матчу за дубль с «Днепром», то я был просто изумлён, когда меня встретил Сеильда Икрамович. Он восстанавливался после травмы и тогда тоже играл за дубль. Перед матчем Икрамович пригласил меня в свою комнату, чтобы я мог отдохнуть, и запросто и очень душевно со мной разговаривал. А я смотрел на него, если ни как на бога, то, как на человека-легенду. А ещё я восхищался игрой Александра Чивадзе. Этот защитник умел так читать игру, что не зря на поле его считали профессором. А то, что грузина Чивадзе выбрали капитаном сборной СССР, говорит и о его незаурядных человеческих качествах.

— А свои сильные стороны, как защитника, Аскар Сейдахметович, можете назвать?
— Это лучше спросить у тренеров и моих партнёров. С годами за счёт опыта мог уже читать игру и действовать грамотно позиционно. А когда выступал на позиции крайнего защитника, то тренеры давали персональные задания — закрыть форвардов соперников.

— С кем из них было трудно бороться?
— Много таких, но, учитывая важность принципиальных противостояний с «Пахтакором», назову нападающих ташкентской команды — Игоря Шквырина и Азамата Абдураимова.


В борьбе за мяч Аскар Кожабергенов и Иван Яремчук


Опыт в Германии


— В 1993 году вы ушли из «Кайрата». Почему?

— В Алматы создали новую команду — «Достык», перед которой ставились серьёзные задачи. И по ходу чемпионата мы боролись с «Кайратом» за первое место, однако сезон не доиграли, так как сразу пятеро основных футболистов — Вахид Масудов, Сергей Климов, Дмитрий Огай, Сергей Пасько и я — уехали в Германию.

— Там обещали хорошо платить?

— Нет, деньги были небольшими, можно было разве что достойно обеспечить семью. Команда «Пройзен-Хаммель -07» была полупрофессиональная. Но в плане житейском, а главное, организационном, это был, безусловно, полезный опыт. Недаром Германия — ведущая страна в мировом футболе. Даже просто условия для тренировок, не говоря уже о стадионах, на которых мы играли, просто восхищали. Да и уровень той немецкой Оберлиги был весьма неплохой. После каждого тура этого чемпионата авторитетный журнал «Киккер» делал обзоры, давал оценки игрокам и даже составлял сборную. В неё, кстати, не раз попадали Масудов и Климов. Нам пришлось играть против таких известных футболистов, как Игорь Беланов, Виктор Пасулько и Сергей Фокин — они выступали за «Брауншвейг».

— Что было по возвращению в Казахстан?

— В мае 1994 года закончился сезон в Германии, и мы — Масудов, Огай и я приехали в Актобе. Юнусович стал ещё и играющим тренером. Наша команда остановилась в шаге от пьедестала, а чемпионом стал, между прочим, «Елимай», за который играли Климов и Пасько. Мы пришли в команду, когда она шла на девятом месте, и всё же после сезона была досада, поскольку бронзу упустили в матче последнего тура с «Шахтёром». Слёзы нашего вратаря Нурлана Абуова, допустившего ошибку и пропустившего обидный гол на 90-й минуте, помню до сих пор. А потом в финале Кубка Казахстана мы уступили «Востоку»…

Новатор Бердыев


— Затем вы вернулись в «Кайрат»?
— Да, в 1995 году меня пригласил Курбан Бердыев и сразу же доверил капитанскую повязку. Он всегда был тренером-новатором. По видеокассетам «Милана» времён Арриго Сакки, Бекиевич изучал игру обороны в линию, а потом на практике это новшество вводил в «Кайрате». После нашей победы в Караганде над «Шахтёром» — 4:1 глазах Бердыева просто сияли восторгом, да и мы всего после двух недель работы были рады. Там же, в «Кайрате», в 1999 году я и завершил игровую карьеру.


Матч открытия сезона-1996. Флаг поднимают капитаны команд: «Кайрата» — Аскар Кожабергенов и «Тобола» — Александр Малышев


— Серьёзных травм вам удалось избежать?

— К счастью, да. Была лишь одна операция, после которой я пропустил два месяца.

Тренерские университеты


— По поводу того, чем дальше заниматься в жизни, сомнений не возникало?
— Я бы мог играть ещё, как минимум, два года, физических кондиций, поверьте, хватало. Однако последовало приглашение в тренерский штаб Дмитрия Огая, который работал в Петропавловске в клубе «Аксесс-Голден-грейне». Он, кстати, звал меня ещё в 1997 году в Тараз, но тогда я отказался, хотелось поиграть.


В тренерском штабе «Аксесс-Годен-грейна». Аскар Кожабергенов стоит первый слева

— С Дмитрием Огаем вы сблизились в Германии?
— Наверное, там мы жили все вместе в одном большом доме, который нам снимали.

— Можно назвать вас единомышленниками?

— Если Дмитрий Алексеевич не против, то да (улыбается). Всё-таки почти десять лет работали вместе. Огай — тонкий психолог, он умел создать творческую атмосферу, в которой его ассистенты не чувствовали себя вторыми, а были главными на своём участке работы. Когда в 2009 году «Тобол» занял четвёртое место, это был первый случай, когда команда, где мы работали, осталась без медалей. Получив приглашение в «Сункар», я советовался с отцом и Огаем.


Костанайский «Тобол» — обладатель Кубка Казахстана-2008


— Перед вами сразу поставили задачу выхода в Премьер-лигу?

— Да, но в первый год решить её не удалось. Объективно тогда «Восток» и «Кайсар» были сильнее. Да и в сентябре 2010 года после ухода Талгаева я возглавил «Жетысу».

О «Жетысу»-2011


— Там вы стали ведь и директором клуба. А это дополнительные обязанности и уровень ответственности?

— Конечно, хотя определённый багаж знаний у меня уже был. Ситуация сложилась тоже в мою пользу. «Жетысу» находился во второй шестёрке, и никто не требовал от клуба чего-то сверхъестественного. У меня было время изучить футболистов с прицелом на следующий год.

— И в сезоне-2011 «Жетысу» буквально выстрелил. Подбор легионеров, определявших игру команды, это ваша заслуга или везение?
— Всего понемногу. Хотя для меня всегда было важно выстроить в команде благоприятный психологический микроклимат, а значит и человеческие взаимоотношения. Милоша Михайлова и Улугбека Бакаева пригласил именно я и за счёт своих связей.

— Вокруг матча «Жетысу» — Шахтёр», в котором решалась судьба чемпионского титула, ходило много досужих разговоров. Сейчас, когда эмоции схлынули, можете назвать причины поражения?
— Домыслы пусть останутся на совести этих людей. А причины… Их несколько — главное в чём мы проиграли — так это психологически — просто-напросто перегорели перед тем матчем. Представьте себе, лидировать практически весь сезон, и вот он — решающий домашний матч. Стадион в Талдыкоргане, да и подступы к нему заполнены людьми. Болельщики требовали победы, да и руководство, хоть напрямую и не говорило, но мысль в глазах читалась. Да и тактически, должен признать, мой визави — Виктор Кумыков нас переиграл. Не готовы мы оказались к его, впервые применённой схеме, с пятью защитниками.

— Про чувства после того поражения даже не спрашиваю!

— Шок, конечно… Хотя, когда перед началом сезона на встрече с командой, аким области спросил, на что рассчитываем, я ответил завуалировано — на лучший результат в истории клуба. Аким переспросил: «Значит, четвёртое место? Молодец!» Кто же знал тогда, как всё сложится… (тяжело вздыхает) Пришлось услышать и обиды, и обвинения.

В национальной сборной


— Вам довелось поработать и в тренерском штабе сборной Казахстана в отборочном цикле Кубка мира-2006. Какие воспоминания остались?
— Я был горд получить приглашение в тренерский штаб национальной сборной от Сергея Тимофеева. Мы с, увы, уже покойным Антоном Шохом работали ассистентами. Это был первый отборочный цикл для нашей сборной в Европе. Уровень команд, с которыми мы встречались, был очень высоким, чего только стоит действующий на то время чемпион Европы — сборная Греции. По большей части, считаю, мы выглядели достойно. Сыграли вничью с командой Грузии на выезде, на равных боролись и с греками. Особняком, конечно, стоит домашнее поражение от сборной Турции, после которого Сергей Тимофеев подал прошение об отставке, но его не приняли. Мы доработали до конца отборочного цикла, а опыт получили колоссальный и бесценный.


В тренерском штабе сборной


О семье и театре

— Однако не футболом одним жив человек. Аскар Сейдахметович, расскажите о своей семье.
— Супругу мою зовут Гульнара — она закончила тот же самый спортивный интернат, занималась плаванием, но профессиональной спортсменкой не стала. Гульнара по профессии психолог. Сыну Улану 23 года, он окончил КазНУ, а дочери Алтынай 10 лет — она учится в музыкальной школе по классу фортепиано.

— Вас часто можно увидеть и в театре?

— Мы с супругой стараемся не пропускать премьеры в Казахском академическом театре драмы имени Мухтара Ауэзова. Одна из последних постановок — «Гамлет» где в главной роли — Бахтияр Кожа, с этим актёром мы дружим уже много лет